Изо всех сил

Женская рука снова коснулась лба мужа.

– Спи, пожалуйста, Коля, спи.

Коля еще раз облегченно вздохнул и умиротворенно засопел носом…

Удостоверившись, что муж уснул, Людочка встала и пошла на кухню попить воды. Потом она долго стояла на балконе и смотрела на звезды. Мир был огромен и прекрасен.

«Ах, – вдруг улыбаясь, подумала Людочка, протягивая руки и огромному звездному небу, – как же летать хочется! Просто удивительно как хочется!..»

Женщина засмеялась от чистого, переполняющего душу счастья. Полет туда, к далеким звездам, вдруг показался ей не только возможным, но и смутно знакомым.

Людочка потерла лоб, пытаясь собраться с мыслями. Да-да!.. Стоит только взмахнуть крыльями и тогда все получится само собой – легко и просто… Как раньше. Сзади чуть слышно зашелестели крылья…

В спальне громко всхрапнул Коля. Людочка вздрогнула и оглянулась…

Вернувшись в комнату, она нырнула под одеяло и, все еще чему-то улыбаясь, положила голову на грудь мужа.

«Все будет хорошо, – подумала Людочка.

 – Все будет хорошо, и я почему-то знаю это…»

Она закрыла глаза.

За шторой, на балконе, мелькнула черная тень с длинной, похожей на огромную косу, палкой в худой руке. Тень приникла к стеклу, что-то напряженно высматривая в комнате. Коля спал, широко раскинув руки. Штора шевельнулась, и лунный свет коснулся удивительно красивого женского лица. Женщина улыбалась…

Черная тень отшатнулась от окна, потом взмахнула крыльями и исчезла во тьме.

Сволочь

Все, Леша, с самой обыкновенной аварии началось… Ехал я по делам на своем «БМВ», как вдруг откуда-то сбоку, как черт из шкатулки, захудалый «Москвичок» выскочил.

Долбанул он меня в бочару да так хитро, что я чуть было половину зубов на баранке не оставил. Даже услышал, как челюсть и нос у меня хрустнули.

Вытер я кровь с физиономии и думаю: все, мужик, кранты тебе!.. Из машины вышел злой как черт. Один шаг сделал, даже на «Москвич» взглянуть не успел, – поскользнулся. Весна была, гололед… Затылком ко льду приложиться по такой погоде – раз плюнуть.

В общем, только небо мне в глаза брызнуло, а дальше – полная тьма.

В себя я только через пару дней пришел, уже после операции. Пошевелился чуть-чуть… Чувствую, состояние около нуля: зубы проволокой перевязаны, к правой руке, словно гирю подвесили, а на голове «чалма» из бинтов. Замычал что-то… Вдруг женское лицо надо мной склонилось. Прямо ангельское личико: красивое до тихого совершенства, а в глазах ничего кроме любви и сострадания.