В погоне за Зверем

Толстеньким, лысеньким мужичком с заплывшими свиными глазами? Или скользкого типа похожего на ползучего гада? В любом случае мерзота она и в Африке мерзота, на одно лицо, но вот Маслов воочию не производил впечатление такого гадливого и мелочного мужичка.

Это был высокий широкоплечий мужчина. Шатен с зелёными глазами, прямым носом и тонкими губами. Квадратный подбородок с ямочкой завершал образ чертовски красивого мужчины. О, я забыла про недельную щетину. Вот она-то и придавала его лицу неотразимые четкие мужские линии.

Маслову бы в кино играть героев-любовников, а не строчить доносы на соперника.

«Дааа…», – протянула я мысленно, пробегая удивлённым взглядом по капитану.

Шумский и Маслов стоят друг друга. Оба красавцы, аж загляденье! Но вот абсолютно разные по характеру. Женя импульсивный, честный, добрый. Маслов… по его доносам я сделала вывод, что он беспринципный мерзавец. А жаль… Такой мужчина и ненадёжный. Даже Паша с ним не сравнится. У моего любовника хотя бы есть эмоции. Та же самая ревность.

А в глазах Маслова самое страшное из всех чувств на земле – равнодушие. Хоть подыхай у его сапог, он просто переступит через тебя и пойдёт дальше, не обернувшись.

Теперь мне всё стало понятно. Из двух ухажёров Настя выбрала того, кто её действительно любил. Хлюпика Мишку. Мишку, которого уже оттащили в камеру и в отделении снова стало относительно тихо. Если, конечно, не считать мат Шумского, поднимающегося по лестнице.

– Капитан Маслов, – холодно представился он.

В зелёных глазах ничего не поменялось, даже когда он оценивающе пробежался ими по мне.

– А мы с вами знакомы, товарищ капитан. Читала на днях ваши сочинения, – намекнула я на доносы.

– Это вы со мной знакомы, а не я с вами.

А теперь от его голоса веяло холодом. Таким холодом, что по телу поползли мурашки. Опасный тип. Я не хотела бы, чтобы когда-нибудь он меня допрашивал. Этот будет истязать, не испытывая сострадания, потому что в нём его попросту нет.

И прогоняя от себя сиюминутный страх, я тоже представилась:

– Капитан Лисовская.

Коллега ничего не успел ответить. Его окликнул Шумский.

– Маслов, какого хрена ты Миху ударил?!

С таким же равнодушным видом, недруг повернулся к капитану.

– С такого, Шумский, чтобы он заткнулся.

И только сейчас до меня долетел слабо уловимый запах алкоголя. Маслов выпивал у себя на рабочем месте, а ему помешали насладиться мыслящей гармонией с бутылкой водки.

– Маслов, ты … .