Шпионские рассказы

Девушки целовали Колю теплыми губами и прижимались к нему, позируя толстяку с фотоаппаратом.

Коля отбивался как мог… Но, тем не менее, в него влили едва ли не полторы бутылки виски, а раскрашенных девиц вокруг становилось все больше и больше. Сил почти не было, и Коля плохо понимал, что происходит вокруг. Кто-то положил его ладонь на полуголую женскую грудь… Кто-то держал его руки, пока на них со смехом пыталась взобраться одна из красоток. Веселая неразбериха вокруг Коли постепенно становилась туманной, как пар в темной бане.

Последнее, что запомнил Коля, было лицо хмурого Джонни. Именно он сунул фотографию «поляроида» – ту, на которой Коля стоял с полуголой девицей на руках – в карман его форменной рубашки…

10.

Коля очень любил кино «про шпионов» и знал, что провалившихся разведчиков меняют на мосту. Там, в кино, шпионы медленно шли навстречу, внимательно рассматривая лица друг друга.

Но, во-первых, Колю не на кого было менять, а, во-вторых, его поили всю ночь и он едва стоял на ногах.

На середине пограничного моста Колю ждал капитан Сидоров и два сержанта.

Поморщившись от резкого запаха духов исходящего от Коли, капитан коротко бросил:

– Сейчас же в баню его!

11.

– Разрешите доложить, товарищ генерал?! – радостно отрапортовал майор Тимохин.

Генерал Кошкин ел кашу из солдатского котелка. Овчарка Занда лежала возле его ног и ласково смотрела на хозяина.

– Ну, что там, Миша? – спросил Кошкин. – Есть, да?..

– Так точно!

Сияющий от счастья майор Тимохин положил на стол перед генералом фотографию «поляроида». На ее обратной стороне было написано синими, только что проявленными симпатическими чернилами: «Жду встречи в Каире каждую среду в 14 часов в кафе «Омар». Пароль «Привет от Занды». Отзыв «На границе тучи ходят хмуро…» Макс».

Генерал Кошкин скользнул глазами по записке и улыбнулся.

– Конец Филу Андерсену и его «колпаку»… Вырвался Макс.

Майор Тимохин осел на койку.

– Четыре года без связи, Николай Александрович… Не понимаю, как Макс выдержал?!

Майор погладил Занду. Та отвела глаза, словно понимала, что сделала что-то не совсем хорошее.

– Надо вот и выдержал, – просто сказал Кошкин.

Занда чуть слышно вздохнула.

– А тот паренек-то наш как? – спросил Кошкин.

– Его сейчас в бане от духов и помады отмывают.