Босс моего мужа

Какое ему дело до самообмана людей, не желающих признавать горькую правду? Ну, действительно, это ведь не его проблемы! Тут психолог нужен, а не бизнесмен.

Но неожиданно для себя самого Ястребов так завелся, что наговорил гостье лишнего. Он просто не мог остановиться, пока не перешел черту.

Помнится Тамилин в таких ситуациях говорил: «Слезь с трибуны!»

Но когда Геля, как он мысленно назвал Ангелину, собиралась сбежать, Эльдара словно ледяной водой окатили.

И снова, снова он сам себя не узнавал, сам себе противоречил.

Он извинился. Искренне. От всего сердца. Хотя никогда прежде не стал бы этого делать.

Не в правилах Ястребова было извиняться и брать свои слова назад, когда он говорил правду и мог это легко доказать. Тут и доказывать ничего не пришлось бы. Геля сама знала, сколько получает ее «Коля». Внешне он тоже не особо выдающийся. Да и вряд ли сильно хорош в постели. Такие редко могут проявить себя мужиками. Все больше на женщин надеются.

Почти не проявляют инициативу, как любят красавицы, типа Гели.

Да и зачем извиняться перед наемной работницей?

Обиделась журналисточка? Уходит? Найдем другую!

Мало ли их? На жирный заказ слетятся как мухи на мед.

Но Ястребову почему-то казалось ужасно важным загладить неприятное впечатление, и чтобы его задание выполнила именно Геля.

Ему нравилось обращаться к ней на «ты». Но Геля явно была от этого не в восторге. И Ястребов постарался перестроиться.

Инстинктивно. А потом опять себе поразился. С каких это пор он, Эльдар Ястребов, подстраивается под женщину из среднего класса, одетую в дешевенькие вещицы с диктофоном, которому место в музее журналистики?

Какое-то время Геля еще раздумывала. Стояла возле двери, и Эльдар инстинктивно перегораживал выход. Он понимал: если потребует, пропустит, отступит и не станет препятствовать. Но в то же время чувствовал, что постарается не дать ей уйти.

Попробует задержать и остановить. Даже силой, если потребуется.

Противоречия рвали на части. Желание уступить Геле, сделать так, как ей хочется и во что бы ни стало продлить их встречу…

Ястребов запутался. Ждал, а она молчала и думала.

Его властная натура требовала своего. Подчинить, заставить ее делать то, что хочется Эльдару. И одновременно он почему-то не мог этого сделать.

Что-то сдерживало Ястребова. Впервые в его жизни.