Прорыв

Опустив голову, он спешно накидал черновики двух телеграмм и передал их Фань Инмину.

Командир полка Фань, беспокойство Тан Луна не напрасно. В дивизии «С» только один полк, мало судно да манёвренно. Мы не можем позволить застать себя врасплох.

Иди позови Ли Те, – сказал Фань Инмин одному из солдат. – Комиссар Лю, но ведь дивизия «С» – это, в больших масштабах, та же армия. Лучшее решение для них – лечь спать, а завтра сыграть отведённую им роль. Они ведь не могут не знать, что заместитель командующего Фан уже прибыл на учения?

Он увидел вошедшего в комнату Ли Те и приказал:

Ли Те, возьми два взвода из роты спецназначения и с десяти тридцати патрулируйте первое шоссе на участке стыка первой и второй роты.

Есть! – Ли Те бегом пробежал вдоль линию палаток, просвистев экстренный сбор. Вспрыгнул на мотоцикл и крикнул: – Первый и второй взвод за мной!

Звук его голоса только затих, а колонна уже выдвинулась.

Чу Тяньшу скомандовал частям пересечь первое шоссе и поторопиться к роще.

После учений полк наградит тебя орденом второй степени. – Он снова взглянул на часы и вздохнул: – Куда мне до Хайпэна. Раз мы кашу уже заварили, то нужно довести дело до конца. Фан Инда полулежал на кровати с пружинным матрасом. Как только врач вышел из комнаты, он открыл крышку склянки и высыпал все таблетки в плевательницу у изголовья, потом сказал сидящему рядом Чэнь Хаожо:

Он подозревает, что у меня проблемы с печенью.

Чэнь Хаожо поднялся.

Скажи честно, Хаожо, как думаешь, была ли необходимость в этих учениях?

Армия приняла такой аргумент: в дивизии «А» полгода проходили закрытые тренировки, а на этих учениях можно всесторонне продемонстрировать результаты, – промямлил Чэнь Хаожо. – Так что необходимость была.

Значит, учения не для того, чтобы угодить мне, уходящему в отставку старому командующему?

Фан Инда попал в самую точку.

Думаете, раз я был командиром дивизии «А», то перед уходом посмотрю какие мои родные войска потрясающие, какие грозные и ни о чём больше в жизни жалеть не буду. Ты не прав. Во всём округе среди четырёх командующих армиями ты, Чэнь Хаожо, самый разносторонний. Только вот с недостатком – иногда ты такой бесхребетный, мякоть да мягкость.

Лян Пин, увидев неловкость Чэнь Хаожо, улыбнулся, чтобы разрядить атмосферу.