Прорыв

Хуан Синъань, стоя перед картой, растолковывал приказ:

Приказываю второму полку во что бы то ни стало остановить основные силы «синих»; третьему резервному полку отправить один батальон, который форсированным маршем подойдёт к

«синим» с правого фланга; первому полку разбиться на две группы, обойти первый полк с обеих сторон и форсированным маршем дойти до флангов «синих», чтобы они не разбежались.

Только он закончил говорить, как снаружи долетели звуки выстрелов, а за ними рев приближающихся броневиков. Чан Шаолэ выскочил первым и от вида развернувшейся перед ним картины покрылся холодным потом.

Четыре или пять броневиков веером приближались к командованию, от брошенных холостых фугасов поднимались столбы сизого дыма.

Вы окружены превосходящими силами! – донёсся голос из рупора. – По правилам учений, вы должны немедленно перестать сопротивляться и покинуть учения как пленные.

Чан Шаолэ словно заяц опрометью бросился к броневику, размахивая руками на бегу. В конце концов «синие» офицеры в броневиках увидели, что путь им преграждает сам командир дивизии и остановились у рощи в двухстах или трёхстах метрах от дома.

Чан Шаолэ взобрался на броневик, отобрал рупор у вылезшего наружу солдата, бросил на землю и заорал внутрь броневика:

Чу Тяньшу, а ну вылезай!

Товарищ командир дивизии, а вы что здесь делаете? – в изумлении спросил показавшийся наполовину Чу Тяньшу.

А ну спускайся, – сурово сказал Чан Шаолэ. Чу Тяньшу спрыгнул с броневика.

Что ты наделал! Что ты наделал! – повторял Чан Шаолэ.

 – Видишь, кто там?

Чу Тяньшу поднял взгляд. Фан Инда и Чэнь Хаожо стояли на большом камне перед входом в дом. Звёзды на их плечах отливали на солнце золотым, седые волосы Фан Инда метались по воздуху словно горячее пламя. Чу Тяньшу раскрыл рот.

Твою ж мать! – вырвалось у него.

Отступите ещё на двести метров, – велел Чан Шаолэ оцепеневшим солдатам в броневиках, – погасите двигатели и ожидайте приказа.

Он потянул за собой Чу Тяньшу, приговаривая на ходу:

Чем серьёзнее говорить о проступке, тем лучше.

Спорить не надо. Главное узнать, как заместитель командующего Фан к этому относится.

Когда Чан Шаолэ и Чу Тяньшу подбежали, позиция Фан Инда и Чэнь Хаожо была уже ясна.

Отдав честь, Чу Тяньшу не мог понять, как лучше поступить, он открыл рот, а потом всё-таки высказал:

Командир первого полка дивизии «С» Чу Тяньшу ослушался военного приказа и согласен принять любое наказание.

Чэнь Хаожо с побледневшим лицом молча стоял рядом.