Амулет Явы

 – Впрочем, ты всё сама узнаешь.

Эстель не могла разобрать, что из всей этой запутанной и бессвязной истории относится к ней и нападению на деревню. Но перебивать старца она не решалась.

– Но Золторгу понадобился такой воин, он сломал парнишку. Сломал магией, я так полагаю, дабы волю воина нелегко сломать!.. Но даже магам свойственно ошибаться… так вот, – он прикусил губу, – не знаю… Всего рассказать не могу – жизнь нужно прожить, а не продумать. Идём в дом, Эстель. Идём. Что-то я разболтался с тобой.

– Но, постой! Зачем Сороты приходили к нам в деревню? Искали этот… как его? Стой же! Что это за загадочное сооружение на дне озера Нектара? – долго Эстель молчала, открывая рот, силясь что-то сказать, и теперь выплеснула всё страстным порывом.

Но маг закончил изречение и отворил старую скрипучую дверь в свою лачугу.

– Что? – снова он принялся бормотать себе под нос не выговариваемые словечки. – Что? А-а. Хм-м… Древний храм, уж и не упомню его названия, то ли, – мудрец запнулся, – может, Хризон. Да, вероятнее Хризон, да не могу же я всего знать! Но много великого и почётного там происходило! Помню, как впервые заблестела корона на её голове! Какие были времена! Пойдём лучше спать, – сердито буркнул маг.

– Но, а… ам?..

Глава 3

Утром Эстель попрощалась с магом и отправилась в Монтелу.

На удивление быстро она вернулась в деревню. В ней по-прежнему царила тишина. Изредка на улицу выходил Феанор, перетаскивая в дом дрова. Как тень прошмыгнула старая торговка пряностями. И снова стало пусто.

Эстель зашла в дом, где за большим столом расположился Жослен и вырезал из дерева ножик. Аэрин готовила, напевая до боли знакомую Эстель песню и слегка всхлипывая от пара и лука.

– Ну, как? – поинтересовался Жослен, как только Эстель только умыла лицо и села за стол.

– Что? – Эстель не ожидала вопроса. – Я так и не поняла того, что хотела узнать. Что нужно этим тварям? Ничего не поняла. Кто они, кто мои родители? ОН не сказал ни слова о родителях!

– ОН не поведал тебе ничего нужного за весь день?

– Да нет же… я… Он так много говорил, и так непонятно! Отчего я всё сразу не могу узнать?

– Что?

– И я не знаю… А Платон?

– Его и остальных похоронили на рассвете.

Вдруг Аэрин уронила глиняную миску, нисколечко не сдвинувшись с места.

– Всё в порядке, – шепнула она, зная, что Эстель и Жослен в недоумении смотрят на неё.

Эстель попыталась выйти из дома, но её окликнул Жослен.

– Эстель! Не гони лошадей, не бери дурного.