Невиновных нет

Свет!

– Грэйн! – шуриа теребила задумавшуюся ролфи за рукав и звала, уже, верно, не в первый раз: – Грэйн, очнись! Вон там, в тумане… видишь? Это же сигнал? Это же за нами?

Эрна Кэдвен вздрогнула и прищурилась, пытаясь разглядеть за пеленой тумана хищный силуэт «Ускользающего». И верно… вот мигнул огонек! Раз и другой… И третий. А на сером полотне ненастья, словно бы тончайшей кистью по драгоценному фарфору, вырисовывался абрис корвета.

Он пришел. Значит, так хотят боги. Они явили свою волю, провели корабль сквозь колдовскую пелену, укрывшую берега Синтафа, и теперь остается только подчиниться.

– Да. Это за нами, – твердо молвила Грэйн. – Нечего ждать, пойдем.

Они заторопились вниз, той же тропинкой, по которой недавно карабкались на обрыв, и спуститься, конечно же, оказалось гораздо сложнее, чем подняться. Из-под неловких ног осыпались мелкие камушки, сперва одна чуть не оступилась, потом другая, и за собственным тяжелым дыханием женщины уже не слышали ничего вокруг. Быстрее, быстрее… совсем чуть-чуть осталось! Вот он, корабль, уже отчетливо виден! Вот же, там, на корвете, должно быть, заметили их и уже спускают шлюпку! Еще десяток-другой шагов по тропе – а там и узкая полоса пляжа, и отлив скоро начнется… Успели бы эти, в шлюпке, добраться до берега!

В тумане, обманывающем любые глаза, не только ролфийские, корвет казался невозможно далеким, он словно бы парил где-то на краю света, и достигнуть его… А! Мгновенный блеск мокрых лопастей весел – уже так близко! Это же волшебство, это оно…

– Джойн! – задыхаясь, выдавила Грэйн, обхватив спутницу за пояс, чтоб та не свалилась на последних шагах их пути.

Прилетевшая с обрыва пуля высекла белый след на камне совсем рядом с Грэйниной щекой. Горячие осколки обожгли лицо ролфи мгновенной болью, а секундой позже донесся и звук выстрела, и крик…

– Бежим! – крикнула Грэйн, дернув шуриа за руку. – Быстрей! Они не попадут в нас, промахнутся… Бежим же!

Вниз, вниз, вниз по скользким камушкам, по влажной земле, цепляясь за какие-то липкие корни, падая грудью на валуны и тут же приседая на корточки, чтобы не угодить под пулю и чуть-чуть отдышаться.

Ветер уносил прочь голоса солдат, но Джоне и не требовалось слышать их дословно. Короткие команды офицера, ругань и запаленное дыхание.