Пригоршня вечности

Она, повинуясь даже не рассудку, а скорее инстинкту, свойственному всякой дикой твари, которая ежечасно рискует стать добычей, змеей скользнула в неприметную полость под алтарем за два мгновения до того, как дверь резко распахнулась. «Шестеро мужчин и старшая жрица, – определила по шагам Джасс. – Причем двое – это храмовые стражники».

– Наверное, паломница уже ушла, благородные господа, – тихо молвила жрица, и старческий ее голосок не дрогнул.

– Откуда она явилась? – резко спросил один из пришельцев. Акцент у него был мягкий, еле уловимый для тренированного уха.

– Из леса, господин мой.

– Значит, вы не видели молодую женщину с короткой темной косой и мечом?

Этот голос казался ласковым, как у доброго дядюшки, но акцент тоже присутствовал. Джасс затаила дыхание от напряжения, хотя, судя по всему, старушка-жрица не собиралась ее выдавать. Но даже будь среди непрошеных гостей маг, он все равно не различил бы слабую ауру Джасс на фоне магии алтаря.

– Возможно, искомая вами девушка переоделась, – осторожно предположила жрица.

 – Тут в округе все женщины, как правило, темноволосы. Мы не стали расспрашивать паломницу, это не принято.

– А что у вас принято, леди? – ядовито поинтересовался первый из говоривших. Остальные бродили по храму, пытаясь высмотреть что-то в кромешной темноте.

– У нас принято накормить гостя, проводить в храм, а если потребуется, то и помолиться вместе с паломником, – невозмутимо ответила старушка. Вот уж кого тяжело было сбить с толку или, того пуще, смутить грозным тоном.

 – Вам стоит отправиться в Лолард, сударь мой. По моему скромному разумению, если ваша беглянка пожелала затеряться, то проще всего сотворить сие в большом городе.

Пришелец презрительно фыркнул, обозначая тем самым отношение к мнению жрицы и к величине города Лоларда.

– Ладно, я прошу прощения за беспокойство. Вот вам в качестве пожертвования.

Джасс не удержалась от улыбки. Арраган любил дорогие подношения вроде золота, бирюзы, позолоченных стрел и фигурок птиц. Незваному гостю, видимо, пришлось раскошелиться на целую золотую монету, до того горестным вышел его вздох, сопровождавший пожертвование.

– Спасибо, благородный господин, – разлилась в благодарности жрица. – Да будет благословен ваш род, вся ваша семья и весь прекрасный Яттмур.

Яттмур? Теперь настал черед Джасс прийти в недоумение. Кого угодно ожидала она обнаружить за своей спиной, но только не яттмурцев. Им-то что нужно? Теперь понятно, откуда этот мягкий акцент.