Злое счастье

Если Рыжий и был удивлен, то не показал виду. А поводов для удивления имелось более чем достаточно. Во-первых, он отправил в Далатт гонца с известием о том, что леди Хелит прибыла в Эр’Иррин, в котором, кстати, ни слова не упомянул о нападении. Во-вторых, даже если Хефейд и проведал о гибели отряда, то послание Мэйтианна должно было его успокоить. Наследница Оллеса в безопасности, а это – главное.

Однако мадд Хефейд вовсе не выглядел умиротворенным. Он ворвался в зал, словно по пятам за ним гнались полчища свирепых дэй’ном.

– Где она, Мэй? Где?

– И я рад тебя видеть, Хеф, – спокойно ответствовал Рыжий, привставая навстречу старому знакомому в знак уважения его заслуг и почтенного возраста.

Толстая коса воина, по старинке украшенная бронзовыми висюльками, давным-давно стала снежно-белой. Говорили, что в юности Хефейд был жгучим брюнетом, но Мэю этого видеть не довелось. Зато он не раз лицезрел его в бою.

Остальных далаттцев Мэй знал если не лично, то в лицо. Похоже, Хеф приволок в Эр’Иррин треть гарнизона.

– Разве ты не получил моего письма? Гонец меня обманул?

– Я читал твою писульку, Мэй. И не верю ни единому слову.

Рыжий побледнел от гнева, а в зале установилась мертвая тишина.

– Ты обвиняешь меня во лжи?

– Я точно знаю, что Хелит погибла! – прорычал мадд Хефейд.

– Она жива и более-менее здорова!

– Докажи!!!

Хеф разнервничался не на шутку, его воины не знали, что и подумать. Репутация у Отступника еще та, но, с другой стороны, он был славен исключительной честностью.

– Немедленно позовите Хелит! – сквозь зубы прошипел Рыжий. – Сейчас же!

Его приказ застал девушку на пороге Малого Зала. Люди поспешно расступились, пропуская ее вперед, образуя коридор между ней и далаттцами.

– Хелит! Девочка! – воскликнул старый воин, не скрывая слез радости.

Она сдержанно улыбнулась в ответ и едва не отпрянула, когда белокосый могучий мужчина, а следом за ним остальные воины в серых плащах рухнули на одно колено и почтительно склонили головы.

– Мы – твои навеки! А ты наша повелительница до смертного часа!

И белокосый протянул ей тоненький ажурный венец, который на его огромной коричневой ладони смотрелся чересчур большим браслетом.

Хелит собрала душевные силы в кулак, чтоб не выдать истинных чувств.

«С чистого листа, – напомнила она себе. – Все с чистого листа. Заново».

Она аккуратно взяла венец, не догадываясь, что с ним теперь делать: надеть на голову или нет.