Карнавал обреченных

Всегда закрываю глаза… Боюсь всех: охрану, генералов, советников, даже свою семью… Честолюбивый Никс рвется к трону… Прилюдно называет меня ангелом, а сам только и думает о том, чтобы «ангел» поскорей улетел на небо!

– Какой ему в том резон? Ведь наследник престола – великий князь Константин Павлович?

– Вряд ли Косте доведется царствовать… Он обеспечил себе спокойную жизнь в Польше, женившись на особе некоролевской крови. И правильно сделал… – Александр снова бросил грустный взгляд на пляшущие языки пламени.

 – Устал я, князь… Не желаю больше никого видеть, никому не доверяю. Главная опасность исходит не отсюда! – он схватил пачку доносов и потряс ею. – Нет! Еще раньше меня прикончат наемники так называемых близких людей, а потом переложат вину на тайные организации.

– Государь! Если вам понадобится моя жизнь, я отдам ее в любой миг!

– Знаю, Репнин… поэтому и позвал. На Кавказ я тебя больше не пущу. С этой минуты назначаю тебя своим личным адъютантом.

Глава 2

Гауптвахта

Черная карета, грохоча по деревянному настилу, миновала мост через Неву и подъехала к приземистому зданию гауптвахты.

Камеры с заключенными находились в цокольном этаже, а сверху располагалась канцелярия.

Когда Печерского доставили в отведенную ему камеру, унтер-офицер, потоптавшись у двери, многозначительно кашлянул. Потом, ни слова не говоря, вскинул правую руку к козырьку, а из его левой ладони выпал и покатился по полу свернутый в шарик клочок бумаги.

Унтер круто повернулся и исчез за дверью. Со скрежетом лязгнул замок, и всё стихло.

Поручик поднял и развернул записку.

«Не отчаивайся, Володя! Постараюсь вытащить тебя отсюда».

Подписи не было, но Печерский узнал почерк Сергея Павловича Шевалдина. Володя улыбнулся. Он и не думал отчаиваться, но забота командира была ему приятна.

Поручик Владимир Алексеевич Печерский был одним из лучших офицеров 4-го гвардейского кавалерийского полка. Он не гнался за дешевой славой: не дрался на дуэлях, не стремился перепить кого-то на гусарских пирушках, не хвастал победами на личном фронте, хотя были у него на то основания.

Женщины обожали его: молодой князь был красив, обаятелен, и деньги у него водились.

Воевать с Наполеоном ему не пришлось – в то время он был еще мальчишкой. Зато несколько лет он служил на Кавказе, где доблестно сражался с абреками и в одном из боев спас раненого командира дивизии, полковника Репнина.