Карнавал обреченных

 – Да, постойте! Чуть не забыл… Распорядитесь, Михаил Андреевич, чтобы узников Петропавловской крепости временно вывели из казематов на кронверки! А то досужие языки опять приплетут нам какую-нибудь княжну Тараканову!

Когда Репнин и генерал-губернатор вышли из кабинета, Александр Павлович снова подошел к окну и взглянул на бушующую стихию. Брызги волн достигали верхних этажей дворца.

– Это Божий знак… – прошептал он. – Господи, прости и помилуй… Я исполню волю Твою!

* * *

Нева яростно бросилась на город.

Деревянные мосты были снесены, устояли только каменные. Улицы превратились в бушующие реки, по которым неслись сорванные с причалов большие и малые суда, а также и всё то, что могла увлечь с собой вода: сломанные деревья, домашний скарб. Вот пронеслась полосатая сторожевая будка, на перекрестке крутился обитый черным шелком гроб с серебряными позументами, о его края билась детская деревянная лошадка. Люди искали спасения на крышах домов, стоя вплотную друг к другу, чтобы сохранить тепло. Раздавались залпы пушек из Петропавловской крепости, Адмиралтейства, Галерной гавани.

12-весельный катер Милорадовича, сражаясь с волнами, пристал возле казарм Гвардейского морского экипажа. Навстречу ему, прыгая по высоким ступеням, бежал смуглый темноглазый дежурный офицер. Запыхавшись, доложил:

– Ваше высокопревосходительство! Капитан-лейтенант 8-го экипажа Николай Бестужев!

Николай был старшим братом известного писателя Александра Бестужева-Марлинского. О вольнолюбии братьев Бестужевых Милорадовичу давно было известно из многочисленных доносов «тайных доброжелателей», но генерал-губернатор неизменно бросал в огонь подобный компромат.

Кивнув офицеру, Милорадович приказал готовить всё необходимое для спасения жертв наводнения. Оказалось, что и без его распоряжения были приготовлены шлюпки и сформированы команды для спасения людей. Губернатор развернул карту города и по-военному четко дал указания: сначала обследовать центральную часть, в том числе Петропавловскую крепость, а потом направиться к окраинам.

– Осмелюсь заметить, ваше превосходительство, что основной удар стихии обрушился на северо-западную часть города, – почтительно возразил Бестужев.

– Попрошу не обсуждать мои приказы! – сурово ответил Милорадович и, перехватив взгляд Репнина, пояснил ему, смягчив тон:

– Поймите, князь, я хочу вернуться на центральные улицы вовсе не для того, чтобы продефилировать на катере мимо дворцов и богатых особняков.