Код Гериона: Осиротевшая Земля

Молодой, не старше тридцати пяти лет, но при этом спокойный, как скала, немногословный, в те трагические дни он внушал перепуганным людям спокойствие, а стало быть – и доверие, а его самоотверженный труд по локоть (и чуть ли не по пояс) в крови окончательно завоевал доверие измотанных разрухой и насилием людей. Бывшие противники, ещё вчера готовые покромсать друг друга на мелкие кусочки по прихоти чужих им людей, ныне благоговели перед тем, кому обязаны были жизнями родных и близких. Неведомо как для постороннего человека он заставил сторонников обоих кланов слушаться себя, как слушаются погонщика ездовые собаки.

Страх перед Хайдрихом пришел позже, когда, не моргнув глазом, «добрый доктор» уложил уличного вора, стащившего рыбину с прилавка. Уложил на бегу, в мгновение ока выхватив из кармана пистолет и едва прицелившись. Не то чтобы стрельба на улице была чем-то из рук вон выходящим, конечно, нет… Да только мало кто ожидал такой прыти от скромного врача, который и голоса почти не повышал.

В толпе, остолбеневшей от этой сцены, никто даже не пикнул, что стрелять в таком людном месте как минимум небезопасно. Спустя несколько минут послышались голоса одобрения: вот, дескать, тот, кто наведет порядок, не церемонясь с презирающим чужую собственность отребьем, на что Хайдрих кратко и торжественно обещал не обмануть возложенных на него ожиданий.

Между тем, вспомнить имени Хайдриха местные не могли; и никто не вспомнил бы, каким он был в детстве.

Семьи по фамилии Хайдрих в городе тоже не знали, что значило одно: парень был пришлым. Но кого это среди всеобщего хаоса и паники волновало?

Город, наполовину оказавшийся в руинах, нужно было как-то восстанавливать, и жителей в возрасте от десяти лет обязали три дня в неделю, отбросив остальные дела, класть камни и латать дыры. Что касается пополнения разоренной междоусобицами казны, то Хайдрих возродил в Семи Ветрах производство «Искры» – самого сильного в Антарктиде стимулятора, ходившего по континенту ещё до Блэкаута: от нее людей «искрило» в течение добрых шести-восьми часов.

Вещество дарило небывалый прилив сил, ускоряло работу мозга и веселило без каких-либо галлюцинаций, если не считать сладкое ощущение всемогущества и созидательной силы.

Лаборатория по производству зелья сгорела во время гражданской войны вместе со всем запасом сырья, именовавшегося «атомным грибом».