Сиреневый туман

– -Она была вчера такой трогательной и озабоченной, заглянула в щенячье укрытие:

– — Да тут их много, на любой вкус найти можно: и рыжики, и серо-рыжие, и бело- рыжие. А один вообще черный, как ночь.

– Я сказал ей:

– — Лиза, положи кутенка к матери, – там у него и пища, и тепло.

Она сначала прижала малыша к своей щеке, он таким тепленьким оказался.

И только потом выполнила просьбу.

– Иди, малыш к маме, хватит с тебя пока одного приключения, – прошептала кутенку, опуская в укрытии возле собачки.

Та обрадовалась, начала облизывать любознательного малыша, а он стал тереться об ее шерстку.

– Хотите посмотреть на них?

– Пошли, поглядим на твое чудо- облако, -согласились тетя Женя и подошедшая к калитке Лиза..

Когда оказались у закутка собаки с выводком, вне коробки гуляло уже двое малышей, а третий выглядывал из укрытия. Потом и он осмелился, стал тоже топать по подстилке, покачиваясь на слабых ногах. А первые два начали задирать друг друга, толкаясь и даже кусаясь.

– Во, дают! Не успели на свет появиться, уже бои устраивают! – засмеялся Борька.

– Что же потом будет?

– Так они с детства тренируются! – улыбнулась тетя Женя.

– Вот молодцы! Поэтому никто не может обидеть- всегда во всеоружии.

Дети учились тогда в Тутовской школе, до куда идти приходилось пять километров по бездорожью и грязи в непригодной для этого одежде и обуви. Лиза заболела лихорадкой. Пока добиралась до школы, еще терпимо. А ближе к третьему уроку ее начинало трясти. Учительница Ирина Михайловна вела девочку в канцелярию, укладывала на сдвинутые стулья и укрывала всей одеждой, какую находила там.

Лежала Лиза до тех пор, пока жар не спадет. Так продолжалось до нового года.

Безденежье и лишения, когда не в чем посещать школу и с питанием проблемы, привели к тому, что к весне она еще и скарлатиной заболела. Провалялась в постели несколько месяцев, пропустила учебную программу. И потом долго плакала, когда сказали, то она осталась на второй год.

– Да не плач ты так, подумаешь лишний год ребенком побудешь, учась в школе, – шутил тогда Боря.

– Я же знаю, что ты самая лучшая. Нет никого умней.

Это утешало ее, как пилюля.

– Мамка моя вот тебе сапоги передала резиновые и платок теплый. – Принес как-то сверток Боря.– В твоих калошах по здешней грязи по колено ходить, – никогда не выздоровеешь. И платочек байковый тоже не спасет от морозов и вечных здешних ветров.

– А как же тетя Лида?

– А у нее еще есть! Не волнуйся.