Кусакиро. Книга первая

Умолчал он только о двух вещах: своих жёнах, оставшихся в лесу, и пережитом горе при расставании с Бывшим Хозяином. Потому, что настоящий мужчина, хоть он и кот, никогда не должен говорить при женщине о достоинствах других женщин и никогда не должен показывать ей свои слабости и слёзы.

Люсинда слушала повествование, открыв рот. На самых трогательных моментах начинала нервно лизать свою изящную лапку. Слишком невероятна и насыщена была жизнь этого великолепного самца. Она сопереживала ему, восхищалась им.

Когда Кусакиро показывал сцены охоты, выгнув спину, выпучив глаза и выставив все когти, демонстрировал секретный приём своего папы, который они между собой называли "ударом гнева", Люсинда чуть не описалась от страха. Она прижала уши, легла на спину и показала свою готовность к полному подчинению великому и непобедимому воину. Кусакиро понял, что произвел неизгладимое впечатление на симпатичную кошечку, сдвинул брови и замер в положении медитации дзадзен. Люсинда, затаив дыхание, ждала, пока дух самурая вернётся к норме.

Потом, нежно муркнув, подползла к нему и лизнула его правую лапу. Тем самым признавая его верховенство над ней.

Вдруг, откуда-то из-под кресла вывалился сонный базилевс Василий. Он проспал всё представление Кусакиро. И был сильно удивлён, увидев Люську в коленопреклоненной позе.

"Ничего себе! – подумал он. – Передо мной она никогда так не ползала на брюхе! Чем этот лохматый её так покорил?"

– А когда обедать будем? – невпопад спросил он вслух, зевая и облизываясь.

 – Вообще-то, поесть давно пора бы! Эй, заколдованные принц с принцессой, вы меня слышите? Пойдём обои подерём, что ли! И то веселее будет, чем на вас смотреть!.. ЭЭЭЭЭЭ… Да вы совсем того… этого…

Василий, в сердцах, плюнул и отправился на кухню чесать когти о дверной косяк.

Но те двое не обратили на базилевса никакого внимания. Они смотрели друг на друга. Один с интересом, другая с восхищением.

И в душе самурая разгоралась новая искра, оживляющая чувства.

Возрождающая тело и дух. Ему хотелось совершать подвиги ради этой нежной кошечки. Убить десятки врагов, поймать ей тысячу мышей, чтобы она могла из их хвостов сплести себе косички любой длины.

Мы не будем торопить события и говорить, что самурай влюбился, но он был близок к этому. Начиналось возрождение великого духа воина.

ГЛАВА 7. ВОСПОМИНАНИЯ

Что делать с памятью своей?

Она добра, но и сурова.