Мятежный Юг

Мужчины стояли возле деревянного сарая, и Гордан увлечённо перечислял прелести своей жены, словно пытался убедить Гранта в правоте своих чувств.

– А, как она к тебе относится?

– Лесли сказала, что любит меня, как брата, – мужчина опустил голову. – Но, это не важно. Я всё сделаю, чтобы она тоже полюбила меня.

– Как же вы спите?

– Не твоё дело, – выпалил Гордан. Потом покраснел и отвернулся. – Она попросила время, чтобы привыкнуть ко мне, а я уважаю её чувства.

Грант сжимал и разжимал кулаки. От гнева на скулах вздулись вены.

Ему не терпелось врезать брату, чтобы тот опомнился. Совершить такую глупость и бояться притронуться к собственной жене. В этот момент Грант дал себе слово любой ценой оберегать своего брата и его жену.

– Хорошо, делай, что считаешь нужным. Пошли в дом, я устал и проголодался.

Лучше бы он не возвращался домой. Ирвин Престон продолжал играть роль императора, и вершить судьбы своих подданных.

– Когда же ты успел влюбиться?

– Уже и не помню. Мне кажется я любил её всю жизнь.

Помнишь четыре года назад мы отмечали мой день рождения? Лесли пришла в красивом платье с причёской. Она сказала, что это ради меня, я не утерпел и признался ей в любви, даже попытался поцеловать. Отец увидел, такую затрещину мне влепил, голова весь вечер болела, а Лесли отвела меня к реке и делала холодные компрессы. Платье в тот вечер было испорчено, но она смеялась и играла. Представляешь, бегала босиком по воде.

Грант вспомнил их утреннюю встречу. Для неё не существует рамок, она словно живёт в своём мире.

– Ты можешь представить себе, чтобы кто-то из воспитанных леди делал так? – спросил Гордан.

– Нет таких. Может ты и прав, главное, чтобы вы оба были счастливы.

Зависть! Вот, что он испытал неожиданно для себя. Ему никогда не испытать таких сильных чувств. Гордан мог разглядеть в людях то, что скрыто от него. Даже в той сопливой мисс Уилкс он рассмотрел, как она может расцвести с годами.

3

– Что-то ещё, миссус Престон? – спросила новая служанка у Лесли.

– Нет, Пэтти. Дальше я справлюсь сама.

Девушка присела в книксене и вышла из комнаты. Лесли не привыкла к личным служанкам, а Пэтти купили специально для неё. Каждый раз ей становилось неловко в её присутствии, ведь девушки были ровесниками. Кожа Пэтти отличалась более светлым оттенком, чем у других рабов. Лесли слышала слухи про старого Натаниэля Бернса, который любил спать с молоденькими рабынями. Если у них рождались дети, он старался их продавать.