Япония по контракту

Их и не было – по собственной инициативе вопросов тут не задавали. Она достала ручку, сказала рассеянно:

– Японская ручка, а куплена в Москве…

Словно пелена упала с лиц. Аудитория проснулась, зашевелилась, ожила.

– В Москве? Не может быть! И сколько она там стоит?

Ребята стали искренними, бросили играть роль. Они обсуждали шумно, живо – стоило ли платить за такую вещицу тысячу йен? Доставали свои ручки, сравнивали. В их глазах зажёгся живой интерес: ручка – не абстрактное твёрдое тело!

– Как хорошо Вы прочли лекцию, – ласково сказал Хидэо, вернувшись.

 – Мой ассистент мне доложил. Я очень благодарен Вам! Я привёз подарок, – Хидэо протянул ей голубую коробочку.

В ней лежала подвеска простого металла, но безупречного английского стиля. И имя фирмы на крышке стояло знаменитое.

– Я прочитал ещё раз план Вашей работы, он мне понравился.

Она обрадовалась – Хидэо сам заговорил о работе. Хидэо умел быть благодарным!

– Но Вы хотите использовать данные, полученные ранее студентом Таманагой. Нехорошо! – Хидэо погрозил ей пальцем.

 – Нехорошо брать чужие измерения!

И он улыбнулся, словно обещая её не выдавать.

– Но это очень интересно – сравнить мои результаты с тем, что получил Ваш студент! Там проявляется одна закономерность, если всё вместе проанализировать и обобщить.

– Проанализировать… Обобщить… – поморщился Хидэо, – Сделайте что-нибудь конкретное! Проведите измерения сами. Таманага научит Вас.

Она умела делать измерения и знала, как много времени они займут. Она считала – неразумно тратить своё время, за которое Япония платила так дорого, на работу, доступную даже третьекурснику.

А вот обобщить, проанализировать и увидеть закономерность под силу только очень квалифицированному человеку. Обобщение – тоже результат. Не менее конкретный, чем данные, которые в непереваренном виде просто ни на что не пригодятся. Пропадут. Но Хидэо не слушал её. Не понимал

– Вы должны получать оригинальные результаты, Ваши… – Хидэо улыбался устало. Ему приходилось всему её учить! Она была, как тупые ножницы, как тот дурак, которого ему никак не удавалось приспособить к делу!

В субботу Хидэо и Намико сидели у неё в гостях.

Она угощала их настойкой из горьких японских слив. На дне банки с широким горлом лежали крупные зеленоватые плоды. Супруги Кобаяси с интересом разглядывали настойку – они никогда не видели такую, хотя напиток продавался по всему городу.

– Настойка сделана из довольно низкого сорта сакэ, – сказал Хидэо, изучив этикетку.