Эльфенок

 – Давай сюда!

Фонарик тотчас погас, и юный эльф выполз наружу на четвереньках. Сэм захихикал:

– Ты похож на черепаху!

– Да ну тебя! – шутливо отмахнулся Назар. – Я и не заметил, как замёрз. Есть, чем согреться?

Зябко кутаясь в шерстяной плащ, Лас придвинулся ближе к огню. Итиль, посмеиваясь, натянул ему на голову капюшон.

– Чай горячий и картошка. Нельзя столько думать, это вредно для здоровья, – наставительно изрекла Алиэ. Она теперь ловко нарезала бутерброды, отправляя в рот бракованные куски колбасы.

– Слышь, эльфёнок, а что ты там всё пишешь? – поинтересовался Семён.

Лас не замедлил с ответом:

– Трактат о вреде любопытства. Специально, чтобы Сэм спросил.

Эльфы рассмеялись.

– Ну-ну, этому палец в рот не клади! – сказал Итиль. – Я вот, как простой бессмертный, даже не стремлюсь проникнуть в тайны, доступные лишь посвящённым.

Поймав весёлый взгляд Ярослава, Алиэ подхватила:

– А я знаю, что наш эльфёнок умеет гадать на рунах!

Рука Ласа вместе с бутербродом замерла в воздухе, и его испуганные глаза вызвали у друзей новый взрыв смеха.

– Откуда ты…? Я же никому ещё не говорил! Хвастать-то пока особо нечем…

Озорно сощурившись, Наташа подмигнула Назару:

– Руа сказала. Я просила как-то погадать мне, а она в ответ: «Скоро Лас вам гадать будет. У него после майских приключений сверхспособности открылись».

– А Руа откуда…? – начал было Сэм, но тут же досадливо перебил сам себя. – Впрочем, она всё знает.

Некоторое время друзья ужинали молча, однако теперь их мысли, взбудораженные воспоминаниями, обратились к пещерам.

И никто не удивился, когда Алиэ завела речь о сокровищах графа Воронцова.

– Я слышала, что спелеологи этими байками пугают туристов, особенно под вечер, – проговорила она таинственным шёпотом.

Эльфы, как по команде, обернулись к Семёну, но тот в знак протеста замахал руками:

– Не-е, Ярик, давай лучше ты. А то опять скажете, что я вру!

– Ладно, – согласился Итиль, – хоть я всех подробностей тоже не знаю.

Рассказывают, будто в восемнадцатом веке в наших местах жил знаменитый чернокнижник граф Воронцов. В молодости он, якобы, вылечил Петра Первого, за что тот пожаловал ему имение. Барский дом стоял высоко над самой рекой, а из подвалов на другой берег вёл тайный ход. Теперь уже никто не помнит, где это: лазы, через которые мы забираемся в пещеры – всего лишь остатки штолен. В конце девятнадцатого века здесь работала артель по добыче известняка.