Джосанолинда

«Аристарх! – кричал женский голос, – Аристарх! Я прошу тебя», – исступленно, чуть приподнявшись с пола, крикнула еще раз женщина и обессиленно упала на каменные плиты.

Марина закрыла глаза и уши от крика и увиденной картины, а когда открыла, то увидела, что она все в том же ресторане, а на нее, в полном недоумении смотрит все тот же мужчина, с испано-итальянской внешностью, но прекрасно говорящий по-русски.

– Вам нехорошо? – заботливо осведомился он, – вы как-то сильно побледнели, надеюсь, это не я стал причиной вашей бледности?

– Н-нет, – помотала головой Марина, прогоняя прочь только что возникшую картинку, – мне просто воздуха не хватает, – на ходу придумывала она.

– А! – не став развивать эту тему, сразу согласился он. – Мне Алёна рассказывала о Вас. Я видел, как вы разговаривали у моря, – он смущенно замолчал, а потом добавил. – Она моя сестра, – и увидев удивленное лицо Марины, поспешно добавил, – по отцу, у нас матери разные, и сейчас она гостит у нас, – подытожил он.

– Алёна?!

– Ну да, – удивился он, поняв, что она не может вспомнить, быстро добавил, – Вы с ней в самолете вместе летели, я видел вас на берегу, – опять повторил он, убеждая, что говорит правду, – она мне рассказала, что Вы собрались на древние руины…

– А, – все вспомнила Марина, – да-да, я припоминаю.

– Ну да, – просто ответил он, – кстати, я – Аристарх.

ХХХХ

Экскурсия была очень интересной и насыщенной несмотря на то, что выдался жарковатый денек, Марина с Алёной смотрели на все широко открытыми глазами. Не переставая удивляться и восторгаться.

– А сейчас, – загадочно произнес экскурсовод, в речи которого сначала чувствовался жуткий акцент, но сейчас они его просто перестали замечать, – мы поедем в самое загадочное место, разгадку которого ищут вот уже больше тысячи лет…

И Марина почувствовала легкий трепет и странное возбуждение, словно тысячи мурашек пробежали по всему телу, а легкое и радостное настроение куда-то улетучилось.

– Говорят, по преданиям, здесь стоял Храм Белой Жрицы, негласный храм смерти, и сюда отправляли в наказание провинившихся и всех неизлечимо больных.