Предел несовершенства

– Я наконец могу с вами пообщаться? – спросил следователь.

– Можете, только я ничего не знаю, – заторопилась Настя. – Когда я уходила к контролерам, Федор Павлович один на участке оставался. Я вернулась – никого уже не было. Потом я подошла к ваннам и увидела, что он там лежит. Я накрыла его халатом. Все остальное вы уже знаете.

– А зачем вы подходили к ваннам?

– Это моя работа. В технологическом процессе написано: контроль за внешним состоянием гальванических ванн.

– А где находились остальные рабочие участка?

– Были заняты своими делами.

Один ушел в архив за техпроцессом, другой был на пескоструйном участке, третий загрузил детали в термическую печь и пил чай в подсобке. Вроде так, я же за ними не наблюдаю, мое дело – технологии.

– А за печью следить не надо?

– Там одна закалка металла по времени больше часа, сто раз можно чай попить. За рабочих мастер отвечает, Жданов Константин.

– Вы сейчас мне на бумаге изложите, кто и где был во время происшествия.

– Хорошо.

– А вы, девушка, можете быть свободны, – обратился следователь к Юле.

 – Мне еще с начальником цеха беседовать и с другими сотрудниками цеха. А вы не сотрудник, как я понимаю, – съехидничал он. Но Юльку на такую «дохлую кошку» не поймаешь, когда ее откуда-то гонят, она остается именно на этом месте, из принципа, из вредности.

– А я никуда не спешу. Я еще свое производственное задание не выполнила – не записала интервью с Ельчинской.

– Вы думаете, это сейчас своевременно? Может, как-нибудь в другой раз?

– Может, – согласилась Юля.

 – Только про этот другой раз нужно тоже договориться.

И она направилась к Насте, которая, услышав их разговор со следователем, начала отнекиваться:

– Давай никаких интервью не будет. У меня человека на участке убили! Не смогу я.

– Тихо, тихо, не шуми! Да при чем тут интервью? Я же не сумасшедшая какая, рассуждать сейчас с тобой о смысле жизни и впечатлениях о цехе! Но мне надо сделать вид, что мы с тобой общаемся, потому что я хочу походить по твоему участку, посмотреть.

Понятно? Если ты уверена, что Федора убили. Если так, надо узнать почему.

– Понятно, что ничего не понятно. Ходи, смотри, только следователь на тебя вон косится.

– Да и ладно, будет выгонять, уйду, а пока, извини, нет.

Юля сновала по участку, как рыба по знакомому аквариуму.

– Сорнева, вы что там делаете? Давайте уже с вами прощаться, – не выдержал следователь. – Надеюсь, пресса не будет делать опрометчивых выводов и заключений.