Последний поцелуй осени

Она не хотела отрываться от него, но усилием воли отстранилась от незнакомца и, словно сдувшийся шар, опустилась в кресло.

– Как Вас зовут, таинственный рыцарь? – женщина иронично улыбнулась.

– Артем… извините, что не представился сразу… с моей стороны это не совсем тактично, – стал оправдываться незнакомец, будто провинившийся школьник перед учителем.

– Что я слышу!? А врываться к незнакомой женщине тактично? – она перешла на игривый тон.

– Но Вы же для чего-то оставили мне свой номер телефона? – уходил от прямого ответа Артем.

– Может быть, я оставляю свой номер каждому второму мужчине…

– Вам не к лицу ложь…Вы не такая, какой хотите казаться.

– Вы случайно не психолог по профессии? – продолжала иронизировать Маргарита.

– Нет, – сухо ответил Артем.

Мужчина подошел к окну. Маргарита тем временем будто сверлила своим взглядом спину молодого человека: «Боже, что я себе позволяю? Обезумела совсем, старая дура?!На молодых потянуло? Пора заканчивать этот цирк!»

– Вы, конечно, думаете, что я вор или мошенник? Не правда ли?

Женщина молчала.

– Мне никто не преподносил цветы к ногам, – голос Маргариты дрожал. Одинокая слеза покатилась по щеке.

За окнами кружились в страстном хороводе снежинки-вакханки: их колдовской танец завораживал и приковывал внимание. Маргарита и не заметила, как незнакомец исчез. День закончил свое существование…отяжелевшие веки женщины сомкнулись – и стало холодно и пусто.

Что-то надломилось в четко отлаженной жизни Маргариты. Упорядоченная жизнь стала нормой, но незнакомец из трамвая разрушил эту упорядоченность. Как ни старалась Маргарита, молодого человека она не могла запихнуть, словно ненужную вещь, в сундук: «Какой бред! Я не могу ни думать о нем.... мальчишка! Как ты посмел ворваться в мою жизнь? Как? Надо взять себя в руки и выкинуть из головы эти сказки о любви… Так можно просто сойти с ума!!!»

Неделю, после визита Артема, женщина жила, будто в бреду…она, как младенец, заново стала открывать для себя мир: за окнами были не просто деревья, а волшебные существа и почему-то седые; землю посыпали ватой, только в отличие от аптекарской, она вся искрилась и переливалась на солнце… А воздух! Воздух пах свежим бельем, только что занесенным с мороза! Как в детстве! Возвращались детство, молодость, возвращалась любовь.

Маргарите не хотелось больше жить по инерции.