Партия, дай порулить

Мы не можем назвать виновных до того, как их обозначит суд, – бойко ответил Похлебкин.

– Ну а все же, это ваши политические конкуренты? Или, может быть, ответ на так называемое закрытие притона на улице Победы? – журналист был горд своей смелостью. Слова «так называемое закрытие» он подчеркнул язвительной интонацией. Мол, знаем мы вас, сами подожгли, а теперь тут из себя корчите!

Похлебкин дернул бровями и опустил взгляд в землю. На губах его мелькнула загадочная полуулыбка. Пару секунд он молчал, а потом поднял на журналиста глаза, и с некоторой запинкой, как бы решившись, сказал:

– Все возможно.

Могу сказать лишь одно: мы кому-то мешаем, а значит, мы все делаем правильно. И нас не запугать. На место одного погибшего встанет двое новых бойцов.

– А что, есть жертвы? – оживился журналист.

Похлебкин понял, что погорячился и дал задний ход:

– Да нет, это я фигурально выражаюсь. Просто, мы в дальнейшем усилим работу по борьбе с теми недостатками нашего общества, с которыми не можем смириться.

– А как так получилось, что все остались живы? Случайность? – ернически спросил очкарик. Было понятно, что в случайности он не верил.

В этот момент подъехали «искровцы», и внимание журналиста переключилось на них.

– Я вижу еще представителей партии «Народная власть». Кто вам сообщил о теракте? – ринулся он к Торопову с микрофоном наперевес.

– Мы узнали от одного из наших сотрудников о ЧП в филиале «Возрождение», и не смогли остаться в стороне.

Вот, приехали всей командой, – и Сергей Ефимович Торопов указал на подчиненных.

Кира подошла к Вострикову, стоящему в стороне рядом с супругой:

– Здравствуйте, Антон Семенович, Элла Эльдаровна.

– Здравствуй, Кирочка. Видишь, какие дела творятся? – Востриков промокнул лоб носовым платком.

– А что полиция говорит? – Кира была очень расстроена.

– Ну что они скажут, Кирочка? – Востриков кивнул головой на толстого одышливого капитана с апоплексическим лицом.

 – Он ведь только и мечтает поскорее добраться домой да выпить кружку холодного пива.

«Данный теракт – это работа запрещенной террористической организации, криминальные разборки или политическая расправа»? – вопросы сыпались из журналиста, как горох. Полицейский отдувался и не давал ответов, ссылаясь на тайну следствия.

– Ничего, наша служба безопасности разберется, – уверенно сказал Востриков.

Кораблева сразу ему поверила и успокоилась.