Мой зверь

Когда его влажные губы накрыли мои соски, я не сдержала стон. Никогда не думала, что тело может так остро реагировать на ласку. Показалось, что каждая мышца наполнилась свинцом. Между ног стало влажно и горячо. Я ахнула, когда Виктор провел пальцами по чувственному местечку, проверяя готовность.

– Расслабься, – прошептал он мне на ухо, покусывая мочку.

Я подчинилась, хотя мне было страшно, а еще очень волнительно.

– Я буду с тобой нежен. Не бойся меня, – прошептал Виктор, сминая мои губы, целуя так, что вся кровь хлынула куда-то вниз.

У меня щеки пылали, а губы саднило от его поцелуев, и я неосознанно поддавалась навстречу ласкам. Его пальцы вытворяли со мной нечто невообразимое. Виктор заставил раздвинуть ноги шире, и я подчинилась. Эмоции зашкаливали, а тихие стоны стали громче. Происходящее напрочь лишило меня рассудка. Виктор оказался умелым любовником, но мне не хотелось думать о том, сколько женщин у него было. Я робко прикоснулась губами к его шее, вдыхая запах мужчины, от которого кружилась голова, а в глазах темнело.

Осторожно проведя руками по его спине, я ощутила ладонями грубые шрамы. Я тонула в нежности и ласке, которые дарил этот воин. В его глазах горел огонь желания и любви. Понимала, что капитан не сможет отпустить меня, но сделает это, потому что обязан. Я обрекала Виктора на страдания, но жизнь так коротка, что хотелось испить глоточек счастья.

Я задрожала, ощутив невероятную волну, которая прошла по телу, как тайфун, отключая сознание и унося меня за грань.

Содрогнувшись в руках капитана, я протяжно застонала. Пока я парила между небом и землей, Виктор не позволил мне одуматься. Он одним сильным толчком вошел в мое тело, губами поглотив болезненный стон, который вырвался из моих легких. Я испуганно смотрела на Виктора и учащенно дышала, пытаясь привыкнуть к новым ощущениям.

Капитан с жадностью целовал меня, осторожно делая толчки. Судя по тому, как его лихорадило, он себя очень сдерживал, стараясь не причинить мне боль.

– Расслабься, моя девочка, – прохрипел Виктор, нежно поглаживая подушечками пальцев мои щеки.

Я прикусила губу, пытаясь привыкнуть к тому, что мы стали едины, и постаралась расслабиться. Виктор пальцами сжал мои бедра до боли и стал двигаться быстрее, проникая глубже. Я искусала губы в кровь, пытаясь, кроме боли и дискомфорта, уловить хоть что-нибудь еще. Движения капитана стали безудержными, а поцелуи – неистовыми. Его дыхание, низкое и жадное, оглушало меня.