Мой зверь

А оказалось, все намного хуже, чем я представляла. Сбежать из дома я не могла, иначе убили бы всю мою семью. Я любила своих родных, поэтому никогда бы их не подвела.

– Что еще вы слышали про оборотней? – я спросила, чтобы заранее узнать про врага, так, на всякий случай.

Меня не интересовали оборотни, я надеялась, что никогда их не увижу, поэтому раньше про этих существ и не расспрашивала. Однако после слов отца у меня сердце было не на месте. Вдруг старейшины выберут меня?

– Они сильные, выносливые и быстрые.

У них отличная регенерация тканей. Живут не одну сотню лет. Никто еще не был в их логове. Вернее, никто из логова не возвращался, поэтому у нас так мало данных. Убить их очень сложно. Тот, которого мы пытали, скончался, когда мы вырвали у него сердце, – проговорил Брут.

Я тяжело вздохнула. В моей душе теплилась надежда на то, что все же старейшины не назовут мое имя.

Пролетели две недели. В нашу деревню нагрянули воины короля. Всех жителей собрали на главной площади. Три старейшины, опираясь на деревянные трости, поднялись на специально сооруженный подиум.

Я понятия не имела, как они производили отбор «счастливиц». Поговаривали, что старейшины умели читать судьбы по звездам. Что они рассмотрели на небе – мне не понять. Мать и отец сопровождали меня, и другие девушки тоже стояли со своими родителями. Трясущимися руками старейшина развернул пергамент и скрипучим голосом огласил список. Мое имя прозвучало третьим по счету. Мама чуть не упала в обморок, благо отец успел ее подхватить. Он прижал к себе жену и с шумом втянул в себя воздух.

Что я чувствовала в тот момент? Ничего. Другие девушки рыдали, и в их глазах стоял дикий ужас, а мне было все равно. Может, так действует шок? Судорожно сглотнув, я посмотрела на родителей. Мама, зажав рот рукой, уткнулась носом в широкую грудь отца и рыдала. Папа смотрел на меня так, словно я виновата во всех смертных грехах. Конечно, я стала причиной маминой печали, а папа любил, когда мама сияла от радости, улыбалась и смеялась.

Теперь-то его любимая еще долго не сможет улыбаться, ведь ее дочь решили принести в жертву.

Воины короля быстро хватали «счастливиц» и усаживали к себе на коней, чтобы увезти в замок. Девушки рыдали, вырывались и умоляли о пощаде. Почему я была спокойна? Этого понять не могла. Наверное, надеялась, что смогу избежать этой участи. Ко мне подъехал воин на белом коне и спешился. Я посмотрела на него оценивающим взглядом. Высокий, крепкий, на вид около тридцати лет.