Во власти зверя

Заскользила ладонями по широкой спине, чувствовала, как напряглись его мышцы, и от этого внутри все томительно ныло. Сильный, крепкий, горячий, такой страстный и соблазнительный. Я желала Одди каждой своей клеточкой. Однако волновалась, ведь у меня никогда еще не было мужчины. Его сильные руки сжимали мою грудь, изучали все изгибы и впадинки. Резкий, чувственный, обжигающий поцелуй сводил меня с ума. Наши сердца бились так, будто содрогались в конвульсиях. Когда горячая мужская ладонь скользнула по внутренней стороне бедра, меня затрясло от возбуждения, затаила дыхание.

Я растворялась в омуте черных глаз, вдыхала аромат его кожи, ощущала вкус его губ. Одди покусывал мою шею, сжал зубами мочку уха, а я не удержала очередной стон наслаждения. Всевышний! Как же хорошо! Как горячо и сладко! Вожак дарил столько чудесных ощущений, что я потерялась в этом огромном море удовольствия.

Треск сухих веток вернул нас к реальности. Одди резко отскочил от меня, осмотрелся по сторонам. В кромешной тьме оборотни отлично видели.

Это было огромным плюсом.

– Не хотел мешать. Собирался только удостовериться, что она тебя не загрызла, – заявил Актазар, прислонившись плечом к стволу дерева.

Заметила ревность, промелькнувшую в глазах полукровки. Наверняка, специально нам помешал.

– Считаешь, что мне не хватит сил одолеть девчонку? – с раздражением спросил вожак, метнув грозный взгляд на брата.

– Ночью, может, ты и победишь в схватке, ведь опытнее – это будет твоим плюсом. А вот если Лисса станет зверем днем… То, увы, у тебя никаких шансов.

Она съест тебя и не подавится. С полукровкой могу справиться только я, ведь мы с ней одного вида. Так что, брат, на всякий случай, я буду поблизости. Если понадобится помощь, зови, – усмехнулся Актазар, посмотрев на меня так пристально, что у меня душа в пятки ушла.

– Актазар, проваливай. Ты не раз нападал на меня днем, я хорошо запомнил слабые места полукровок, так что справлюсь, – хмыкнул вожак.

– Ну-ну, – усмехнулся Актазар, скрестив руки на груди.

 – Я тебе поддавался, не хотел убить, иначе отец с меня бы шкуру живьем содрал. Поэтому будь осторожен. Просто не хочу, чтобы ты погиб.

Одди бросил на Актазара убийственный взгляд, прищурился, а у меня мурашки поползли вдоль позвоночника, не могла унять дрожь. Мне не хотелось, чтобы братья из-за меня поссорились.

– Готовьтесь к ночлегу, – сухо проговорил Одди, отстранился от меня, стараясь не смотреть мне в глаза.