Сон наяву

– Спасибо тебе, Тео! – тихо рассмеялась София, начиная понимать, что одного друга она уже обрела.

*******************************************

Мадлен, отдав матери драгоценности, кусала себе локти. «Как он мог! Пренебречь мной! Ведь эти торговые компании его неимоверно обогащают, раз может делать такие подарки всем подряд! Турмалины! Моя мечта! Теперь их будет носить старая графиня среди овечек и баранов!», – мучила себя Мадлен.

– Мадам, ванну готовить? – заглянула в комнату госпожи Жанна.

– К черту ванну и к черту тебя! – бросила в дверь веер Мадлен, едва не попав в камеристку. – Иди спать! Ты сегодня не нужна! Ванну приготовишь завтра!

– Слушаюсь, мадам, – смиренно ответила Жанна и удалилась в свою комнату на половине слуг.

Вдруг герцогиня услышала стук за окном. Погасила свечу, подошла к тяжелым портьерам и осторожно выглянула. «Этьен! – чуть не вскрикнула она и подошла ближе, махнув рукой. «Мой милый Этьен! Что он тут делает?»

Молодой человек обрадовавшись, что попал в поле зрения, показал на пальцах, чтобы Мадлен пришла в конюшню, и медленно направился в ее сторону, пытаясь лучше объяснить свою просьбу.

Герцогиня быстро нашла в сундуке свой теплый дорожный плащ с теплой меховой подбивкой, накинула на кружевную сорочку и, осторожно передвигаясь по дому через подвальное помещение, вышла на улицу. Быстро добежала до конюшни через задний двор и едва, переступив порог, оказалась в объятиях Этьена.

– Моя прекрасная Мадлен, как я скучал без тебя! – шептал молодой конюх, покрывая ее почти обнаженную грудь поцелуями, – чуть сердце в пятки не ушло, когда услышал, что герцогиня де Омаль посетит бал графини в честь ее дня рождения!

– О! Этьен! Тихо, нас могут услышать! – поцеловала его в губы Мадлен.

– Не бойся! Я все продумал. Здесь спят всего двое. И тех я напоил вином! Теперь они проспят мертвецким сном до самого утра, – глухо рассмеялся Этьен.

– Но как, как ты здесь? Я думала, тебя моя мать изгнала из деревни и поместья! – недоумевала девушка.

– А-ха-ха! – еще больше рассмеялся молодой человек и, с легкостью подхватив свою подругу, отнес на огромную кучу сена. – Нам с ней пришлой заключить сделку. Она слишком богобоязненна, чтобы убивать меня! А сам бы я не ушел из деревни, поэтому я согласился хранить тайну до конца моих дней с условием, что она не отберет у меня работу и будет исправно платить.