Легенда Монсегюра. Фантастический роман

Прыжок, шаги, звяканье металла и мужской голос, звонкий как рыцарский серебряный рог-кларин, раздался совсем близко:

– Миледи, вам дурно, вы ранены?

Она с трудом разлепила веки. Зеленые стебельки травы торчат прямо перед носом. Железные руки легли на плечи и помогли упавшей девушке принять сидячее положение. Голова ее кружилась от удара, но от красивого вида закружилась еще сильнее. Светлая солнечная поляна, мягкий ветерок несет запах разогретой солнцем сосновой смолы, а вот и сами сосны с длинными иголками, как у пиний.

Да это же настоящие пинии! Девушка оглядывалась, ничего не понимая. Куда делась сосна, растущая у дачи? Отец посадил ее двадцать лет назад в год рождения дочери. Девочка и ее «зеленая сестренка» росли вместе. Но сейчас сосна исчезла, и взгляд двадцатилетней девушки обводит совершенно незнакомую поляну. Она не помнит такого места на Карельском перешейке – полянка красива резкой южной красотой – сочная трава, яркие цветы, но нет на ней ни северных сосен, ни дачи под Выборгом. Вместо них – альпийский луг… Альпы? Горы?! Да, острые вершины, обрывы, синее небо, звонкие ручейки сбегают с ледника, блистающего под слепящим солнцем… Девушка недоуменно обвела глазами яркую, как из «GEO» картинку, зажмурилась и потрясла головой. Прошептав краткую молитву, она снова открыла глаза. Сияющий южный день продолжался. Девушка вздохнула и замерла. В двух шагах от нее, там, где должна расти у забора дачи обрезанная под пальму елка (мамина прихоть), стоит… рыцарь… в белом плаще с красным крестом. Девушка застонала, и мир второй раз померк для нее. Рыцарь быстро постелил свой плащ на мягкую траву и перенес потерявшую сознание даму на импровизированное ложе. Ей явно требовалась помощь. Благородный воин достал из-под кольчуги шелковый платок, намочил в ближайшем ручейке и положил на лоб таинственной красавицы. Там наливался синим цветом след от удара о камень. Несчастная девица шла по тропинке, оступилась и… Рыцарь ехал мимо, услышал звук падения, стон и поспешил на помощь. Неизвестная красавица в глубоком обмороке лежала на белом плаще. Искусанные губы ее побледнели, струйка крови засохла на подбородке, под глазами залегли глубокие тени, шелковистая русая коса почти расплелась.

– Миледи, очнитесь, миледи, – позвал рыцарь. Девушка застонала и открыла глаза, зеленые, как луговая трава, нежная рука с золотой цепочкой на запястье прикоснулась к холодному компрессу.

– Луис… – прозвучал полу-вздох, полу-стон.