Призрак горы Феодоро

Да, сейчас феодориты – мирные земледельцы, пастухи, ремесленники, но в час испытаний они как один встанут на защиту своей родины и не допустят захватчиков на святую землю Феодоро. Князь быстро перекрестился и вознес молитву о том, чтобы военная угроза миновала страну и его народ.

Брачный союз Марии Феодорийской и наследника русского князя Ивана lll будет полезен обеим сторонам – княжество Феодоро получит надежную защиту, а семья русского князя – красивую, умную супругу наследника престола. Мария не только умна, она хорошо образована и сможет облагородить нравы при дворе московского князя и воспитать выдающегося наследника московского престола.

Князь взмолился, чтобы все сложилось так, как он намечтал. Правитель Феодоро вышел из покоя за тронным залом, где пребывал в уединении.

Тронный зал готовили к торжественному приему русского посольства. Князь осмотрел приготовления и подумал, что надо бы позвать Марию, чтобы она исполняла обязанности хозяйки, но пожалел дочь.

Такая перемена в судьбе, пусть и счастливая, требует времени, чтобы приготовиться и достойно встретить свое жизненное предназначение, и если Мария сейчас уединилась в своих покоях или молится в часовне, это её право. Князь отправился в фамильную часовню – беседа с отцом Димитрием сейчас ему необходима.

Князь Мануил шел в фамильную часовню по двору крепости. Везде царило праздничное оживление. Приезд русского посольства – радость для жителей Феодоро. И пусть их нежная княжна отправится жить далеко на север, в холодную Московию, она оттуда проследит, чтобы её соплеменники ни в чем не нуждались.

Князь небрежно ответил на низкий поклон молодого генуэзца. Как его… Ну да, Гвидо, синьорино Фальконе. Его отец, старый синьор Фальконе, оказался большим хитрецом – склонял князя Мануила заключить союз, выгодный только генуэзцам. А что делал молодой Фальконе, пока его отец вел переговоры с князем Мануилом? Очаровывал его дочь. Теперь это стало ясно князю.

Он подавил вспышку гнева. Мария ни в чем не виновата, она вела себя, как подобает радушной хозяйке и никогда не оставалась наедине с молодым генуэзцем. Почти всегда с ними был княжич Алексий.

Значит, бояться нечего – Мария достаточно разумна, чтобы вести себя правильно, особенно теперь, когда ей сделано такое прекрасное предложение руки и короны. Что ж, византийской базилиссой ей не быть, а стать московской княгиней совсем неплохо.