Время Индиго

* * *

…На голове сидит все тот же сизый голубь, курлычет. Как здесь хорошо! Сорванцы называют меня дядя. Трое племянников?! Откуда? А они ничего, веселые. Ууумные!

…Мы идем по вокзалу. Я не один. С мальчишками. Вагон поезда, кондуктор, купе, укачивает, постоянно кружится голова. Петя говорит при сотрясении мозга нужно лежать. Мой племянник всегда прав. Я лег и уснул.

У нас украли документы!? Какая-то станция. Полицейский. Еще люди. Кители, фуражки, протоколы, объяснительные из соседних купе.

Что? Я подписываю, не читая? Да какая разница, хочу тишины и покоя. Не могу встать! Укачало, тошнит, поезд трогается. Антон забился в угол верхней полки и еле дышит от страха.

Ба! Нас не только не сняли с поезда, но даже сопроводили некоторыми документами! Кстати, документы я положил к себе в карман. Ну-ка, что новенького мне расскажет официальный бланк? Бумажка-бумажкой, а все туда же, про-то-кол. Как моя фамилия? Ря-би-на? Олег Владимирович.

* * *

Вспомнил!

Ура! Ко мне племянники в гости приехали, и я решил их на море свозить.

У Антона легкие слабые. Позвольте: Я – дядя? С каких это пор? Настоящий дядькин сад. Вернее, детский летний лагерь. Какое сегодня число? Кто подбросил мне детей?

* * *

Антошка висит обезьянкой на моей шее. Не пускает даже в туалет. Семен, как белка скачет с верхней полки на нижнюю. Петька кидает мячик в потолок, уничтожая, таким образом, мух. И лишь изредка косит на меня странным сканирующим взглядом, как будто щупает.

Мозги становятся мягкими, пластилиновыми.

Кто я? В кармане бумажка. Как моя фамилия? Ря-би-на. Олег Владимирович.

* * *

На нижней полке заплакал малыш лет трех-четырех.

– Олег, мне страшно! Злая собака булочку съела. А-а-а-а! – я вскакиваю, хватаю ребенка на руки и начинаю качать. – Ты добрый, я тебя люблю.

– Это всего лишь сон. Спи моя радость усни, – мой сиплый встревоженный голос звучит по-особенному трепетно.

– Не надо вслух. Братики устали, не буди. Я тебя и так слышу.

– В доме погасли огни. Птички уснули в саду-у-у-у…

* * *

Олег окончательно пришел в себя к вечеру второго дня пути, в голове вертелась фраза: «Ты несешь ответственность за племянников. Они всё, что у тебя осталось». Сомнений не было, за время моей болезни, детворе явно не хватало твердого контроля и элементарного внимания.

Мальчишки успели окончательно отбиться от рук.