Бездна

Да и вообще он хорошо знал, что дом действительно на отшибе, хороший, крепкий, но все равно старый, и странно, что мужчина из областного центра выбрал именно его, хотя в деревне можно было бы подобрать и поближе к автобусной станции, где был также магазин и небольшой рынок, и понаряднее, а эти поселились в самом глухом углу. Александра еще рассказала, что почти единственный, но постоянно функционирующий источник новостей «про тот дом» в деревне – Маргарита Трофимовна и Полина Петровна, соседки. Одна, Полина, все время ходит-бродит по деревне и высматривает, кто и как живет, а другая словно рупор, обязательно хоть раз в день придет на площадь к магазину и рынку, чтобы обменяться новостями с бабами на рынке.

Сама Маргарита за прилавком не стоит, но иногда приносит на продажу вязанье и дает одной женщине треть от вырученной суммы. Деньги от такой торговли мизерные, но обе женщины довольны, что есть хоть какое-то занятие, да еще и не бесплатное.

Много было неясностей. Все-таки действительно надо бы посмотреть, правда ли такие горы навозу у нее на огороде.

Деревенские ведь сразу замечают, когда что-то с чем-то не срастается, не имеет смысла, выхода. И что она собирается делать с этим огородом, может, фермерское хозяйство решили обустроить, значит, должны быть какие-то завязки по агротехнике, да и вообще если земля – то, значит, растениеводство, продажа, и что немаловажно – сбыт продукции… а вот интересно, понравится ли это местному агрокоролю – председателю агрохолдинга, который и телят на мясо выращивает, и молочную ферму держит, и зерно на фураж свое сеет, и теплицы свои имеет. Если вдруг теплицы, то без противостояния не обойтись.

А они не по фермерской части? – поинтересовался он у Александры. – Если с нашим Панченко не поладят, хорошего не жди.

Нет, Николай Петрович, точно не фермерша она! Дачница обыкновенная, приехала вот в настоящую деревню, как на дачный участок, ей бы цветы под окном да гамак под деревьями.

Букин вздохнул и, сдвинув в сторону папки, раскрыл блокнот и приготовился писать: – Ну я так понимаю, надо бы посетить женщину да порасспрашивать, как да что.

Верно понимаешь, только не совсем, – озабоченно заметил Криворучко, размышляя тем временем насчет того, как бы избежать противостояния между предполагаемой фермершей и местным монополистом на сельхозпродукцию Панченко. Тот был не просто уважаемый всеми «крепкий хозяйственник», но в прошлом предколхоза – медалист, участник сельхозвыставок, мужик крутой и резкий.