Космолетчики. Близкие звезды

Предоставив Стрэйку двое суток отдыха, Рэд второй день без передышки разрывался между обязанностями пилота и координатора.

– В разведывательный полет на планетолете Эдвард и Джой, готовьтесь к старту, – объявил он, ввалившись в рубку «Моники».

– Ладно тебе, капитан, – попробовал возразить Стрэйк, самовольно покинувший медицинский отсек, – давай я сяду вторым, Эдди меня прокатит по старой дружбе. Или Сержа поставь. Где он, кстати? Опять шляется где попало!

– Нет, на сей раз все по-честному, – вступился за штурмана Кейт, – час назад ушел на орбитальном модуле вакуумный монтаж страховать.

– Так бы и сказал – вакуумных монтажниц. Знаем мы, чего он там страхует, – проворчал Джери.

Рэд на секунду задумался. Соблазн поручить разведку Стрэйку или плюнуть на руководство всем тем бардаком, что творился в околопланетном пространстве и сесть за штурвал самому был велик.

«Виктор, что скажешь?» – все-таки спросил Рэд в инком.

Полдня отработав на злополучном десантном грузовике, он даже не успел сменить скафандр на летный комбинезон.

И с инженерным терминалом орбитальной базы, откуда второй день не мог выбраться погрязший в чужих технических проблемах Виктор Блохин, связался, все еще стоя посреди рубки.

«Я против кандидатуры Стрэйка, – заявил Виктор в коммуникатор, который Рэд включил на громкую связь. – Нечего ему сегодня делать в пилотском кресле. Гони его обратно в медотсек, капитан, я скоро буду, посмотрю еще раз. У нас не аврал. Без вас прокатятся».

Вопрос был решен.

– Все слышали? – спросил Гардон. – Джери, шагай обратно в лазарет. Сейчас же. И не высовывайся оттуда, пока Блохин тебя лично не выпустит. Эдди, бери стажера и бегом в ангар. Джой, стой! Не вздумай просить у Эдварда управление, узнаю – руки оторву. Первым пойдешь в другой заход. Эдди, а ты не снижайся без необходимости: съемка, сканирование поверхности, сброс маяков, два зонда – и сразу назад. Со связи не уходить. Старт по готовности.

– Да, сэр.

Рэд наконец дошел до капитанского кресла «Моники» и навел на орбитах Файра бледное подобие порядка, то и дело поглядывая на индикатор слежения планетолета.

Строго-настрого приказав Джою с Эдвардом не отключаться, краем уха он слушал их голоса. Пилоты, впрочем, вели себя идеально: никаких посторонних разговоров. В нижнем углу обзорного экрана разворачивался удивительный ландшафт, транслируемый с передней камеры планетолета, который почти полз по поверхности, – Эдвард был неисправим.