Каждому по заслугам

Кто-то убивал мужчин с определенной группой крови, а потом сливал ее, используя для каких-то неведомых целей. Впрочем, какая-то мелкая деталь в прочитанном мешала Насте, потому что упорно не укладывалась в схему совершенных преступлений. Но вот какая?

– Настасья, ты работаешь над делом Крымовой? Я уверен, что ты помнишь, но ей назначено завтра на десять, и я бы хотел до этого времени посмотреть все твои наработки, – к Насте в кабинет заглянул шеф, и она быстро закрыла все вкладки, свидетельствующие о том, что последний час адвокат Пальникова занималась чем угодно, только не делом Крымовой и вообще не текущей работой.

– Я помню, Аркаша, – виновато ответила она.

Ветлицкого все в офисе называли Аркашей, и в этом привычном панибратстве скрывалось огромное уважение персонала к своему патрону, начинавшему в лихие девяностые с защиты братвы и не боявшемуся никаких сложных экономических и уголовных дел сейчас, в непростые двадцатые годы двадцать первого века.

Подводить Ветлицкого не хотелось, а потому Настя погрузилась в рутинные обязанности, которые привыкла делать хорошо.

Над кровавыми тайнами можно подумать и позже, на досуге, тем более что Денис сегодня обслуживал большой юбилей и домой собирался вернуться поздно, не раньше часа, а то и двух ночи. Опять не выспится, потому что завтра ни свет ни заря подскочит готовить ей завтрак.

Настя дала себе зарок, что вечером нажарит сырников и испечет шарлотку, чтобы Денис хотя бы одно утро смог отдохнуть, и с головой погрузилась в перипетии бракоразводного процесса клиентки Крымовой, который сопровождался сложным и болезненным дележом имущества.

По дороге домой Настя не забыла заехать в магазин за творогом. Раздевшись и приняв душ, решительно прошла на кухню, чтобы встать к плите, но щелкнула кнопкой чайника и потащила к себе стоящий на столе ноутбук. «Я только пять минуточек почитаю, – пообещала она себе, а потом обязательно приготовлю завтрак. Обязательно».

Опомнилась она, когда часы показывали без пятнадцати двенадцать, закрыла ноутбук и, зевая, отправилась в постель.

От ее намерения приготовить сырники и испечь шарлотку не осталось и следа. Зато она успела узнать, что правила переливания трупной крови, открытые Сергеем Юдиным, в свое время утвердил Наркомздрав. По этическим соображениям из числа посмертных доноров сразу исключили детей.

Затем, но уже по соображениям физиологии, были исключены женщины. И этот факт вполне укладывался в схему.