Первый шаг к мечте

Нет слишком давно для того, чтобы плакать, но глаза против воли наполнились слезами, и Нина быстро потерла их ладонями, не заботясь о макияже. Чертова курица. И есть ужасно хочется.

Она покосилась на соседа по купе. Высокий, кажется, симпатичный мужчина, чем-то неуловимо похожий на писателя Чехова, точнее, на его портрет, с детства знакомый любому советскому школьнику. Да и российскому, наверное, тоже. Мужчина заметил ее взгляд.

– Ужасно есть хочется, – пожаловался он. – Эта соседская курица так пахнет, что можно с ума сойти.

– Я тоже сижу и про это думаю. – Нина невольно улыбнулась, хотя всего полминуты назад ей вовсе не хотелось улыбаться. – По-моему, еда в поезде обладает какой-то особой магией. К примеру, мой сын в детстве очень плохо ел, но стоило нам сесть в поезд, как он тут же требовал достать еду.

– Мой сын еще маленький, восемь месяцев. – Мужчина снова улыбнулся, теперь уже своим внутренним мыслям. Было видно, что вспоминать о своем сынишке ему радостно. – Но думаю, что подрастет и тоже будет любить есть в поезде.

Что ж, давайте знакомиться. В купе мы с вами вдвоем, и есть надежда, что так и останется до самой Москвы. Меня зовут Никита Чарушин. Возвращаюсь домой из командировки. А вы сами местная?

– Да. Я живу в Казани, – кивнула Нина. – И, наоборот, еду в командировку. А зовут меня Нина Григорьевна Альметьева. – И, немного подумав, добавила нехотя: – Можно просто Нина. – Фамильярности она не любила.

Настроение у нее снова испортилось. Скорее всего, из-за слова «командировка».

Даже самой себе Нина не хотела признаваться, что волновалась из-за нее ужасно. Командировка неожиданная, заранее неприятная, и, будь Нинина воля, она бы от нее обязательно отказалась. Но в этот раз начальник отчего-то даже не захотел слушать ее доводов. Это было странно, потому что с начальником – основателем и руководителем крупной юридической конторы Сергеем Павловым – она состояла в отношениях близких, гораздо более близких, чем предусматривала корпоративная этика. Вот уже пять лет они были любовниками.

Неженатый Сергей уже три или четыре раза делал ей предложение, но, обжегшаяся на молоке, Нина теперь дула на воду и категорически отказывалась снова вступать в брак. Пару раз в неделю она оставалась у Сергея на ночь, поскольку восемнадцатилетнего сына вполне можно было оставить дома одного, вернее, не совсем одного. К нему тут же приходила девушка, и подобный расклад Нину устраивал и без всякого штампа в своем паспорте.