Поместье с привидениями

Как всегда. Как всегда.

У нее зазвонил телефон, вырвав Светлану из тягостных раздумий. Она покопалась на туалетном столике, вытащила аппарат из-под наваленных там журналов по астрологии, мельком глянула на экран, нажала на кнопку ответа.

– Да, Машунька.

Звонила дочь, окончившая Вагановское училище и служащая теперь в балете Мариинского театра. Главных партий ей, конечно, пока не давали, но и кордебалет она давно уже переросла. Девочка талантлива и воли ей не занимать. С двенадцати лет живет одна, добивается поставленной цели.

– Привет, мамочка, – журчал в трубке веселый голос дочери. – Как ты там? Ко мне в Питер не собираешься?

– В поместье собираюсь, – вздохнула в ответ Светлана. – К Инессе.

– А чего так грустно? Ты же ее любишь, Инессу. – Ее девочка всегда различала нюансы материнской интонации, а потому тягостное настроение услышала. Нехорошо это. Неправильно. – Или что-то случилось?

– Да ничего не случилось. Все хорошо. Просто я бы, правда, лучше к тебе в Питер приехала.

– Так приезжай.

– У меня пока дела, доченька. – Последнее было чистой правдой. Никак не могла Светлана бросить все и свалить из города. Сначала нужно было найти деньги. А для этого съездить в чертову усадьбу. – Но я обязательно к тебе приеду. Просто чуть позже.

– Я скажу Ваньке, чтобы подготовил твой самый любимый номер.

Ванькой звали сына, и он действительно к ее приезду в город на Неве готовил номер в одной из семейных гостиниц, в котором она останавливалась, чтобы не стеснять своим присутствием дочь.

Им принадлежала целая сеть отелей, к которой сын добавил еще и гостевые дома, когда она, Светлана, уже отошла от дел, сосредоточившись на астрологии и помогая сыну лишь изредка.

– Ладно, мамуль, я побежала. Еще созвонимся. Поедешь в усадьбу – передавай Инессе привет. И Мурзика обними за меня, ладно?

– Я твоего Мурзика терпеть не могу, ты же знаешь, – в сердцах сказала Светлана. – Вообще не понимаю, зачем ты это существо Инессе подсунула.

– Потому что Инесса добрая и никогда не бросит того, с кем случилось несчастье, – рассудительно сообщила дочь.

Светлана, пригорюнившись, соображала, относится ли сказанное к ней, и если да, то, может, удастся обойтись без преступления? Она вспомнила, с каким лицом Инесса выговаривала ей в прошлый раз, когда проступок не удалось скрыть, и поняла, что нет, не обойдется. Милость к павшим тоже имеет свои границы.