Встреча по-английски

Справимся как-нибудь… Ты вот что, Машунь, отправляйся на завод, познакомься там с человеком, которого они, со своей стороны, ответственным назначили, и начинай кумекать. Время поджимает.

– К этому нам тоже не привыкать, – флегматично пожала плечами Маша. – Само мероприятие-то когда?

– Они хотели к Восьмому марта приурочить, но тут я скалой встала, потому что за две недели мероприятия такого масштаба не готовятся. Но и позже конца марта никак, потому что у них подписание соглашения на это время запланировано.

Так что ориентировочно мы его на двадцать пятое поставили. Отгуляют, отпразднуют, документы свои подпишут, начнут проект реализовывать. А нам спасибо, мы свободны. В общем, Машунь, неделя на идею у тебя, не больше.

– Пожелания какие-то есть? – спросила Маша, которая, на самом деле, уже прикидывала в голове варианты праздника с «английской спецификой». Хорошо все-таки, что она познакомилась с Дэниелом, можно будет попросить у него консультацию по английским традициям, а то ведь сама она ничегошеньки в этом не понимает.

– Нет, все отдано нам на откуп, – Лавра тоже пожала плечами, – как всегда. У нашего агентства, Маша, такая репутация, что нам никто пожеланий не высказывает, наоборот, нас слушают, открыв рот. И вот в этом, дорогая, самая большая заслуга – твоя.

– Да ладно вам, Валерия Сергеевна, – засмущалась Маша. Она всегда смущалась, когда ее хвалили. Смущалась и чувствовала себя самозванкой.

Она внезапно почувствовала, что соскучилась по работе, которую действительно делала хорошо и очень любила. Отпускной морок, душный, парализующий волю, куда-то рассеивался. Маше казалось, что она даже дышать стала глубже и свободнее.

Не откладывая дела в долгий ящик, она созвонилась с помощником Рафика Аббасова, приветливой девушкой, которую звали Марьяной, договорилась о встрече и спустя пятнадцать минут уже ехала на нефтеперегонный завод.

Марьяна оказалась ответственной, поэтому пропуск на вахте Машу уже ждал, дорогу в заводоуправление ей любезно показал охранник, которому Маша улыбнулась искренне и по-доброму, поскольку работал он на том же посту, что и Михалыч, территория выглядела чистой и ухоженной, с тщательно прочищенными дорожками, ровными, аккуратными сугробами, голубыми соснами, уходящими в бездонную синь неба, и отделанными одинаковыми плитами зданиями, оснащенными кондиционерами.