Высоко над страхом

В любой ситуации, какой бы тяжелой и неразрешимой она ни казалась, нужно поступать просто – идти вперед. И все.

Что ждет там, впереди? Пока не дойдешь, не узнаешь. Но и ведь позади ничего хорошего не осталось, раз уж ты так мечтал оттуда вырваться. Поэтому дерзай, щупай, пробуй на вкус ту новую жизнь, которая открывается тебе с каждым шагом. Не понравится? Пойдешь дальше. Не вернешься назад, в изжитое, затертое до мягкости, привычное и до зубовного скрежета знакомое прошлое, а снова вперед, туда, к линии горизонта.

Признаться, эта технология требует определенной смелости. Но она, и только она двигает нашу жизнь, не давая топтаться на месте. Развод? Иди вперед, там тебя ждет свобода, новые отношения и новая жизнь без ежедневного выяснения отношений. Болезнь? Решайся на операцию. Лучше попробовать и проиграть, чем мучиться тревогами в ожидании неизбежного угасания. Уволили? А вдруг там, в новой жизни без постылой и нудной работы, будет проще и честнее? По крайней мере, по отношению к самому себе.

Режь. Строй. Рожай. Пиши. Меняй. Меняйся. И каждое утро, открывая глаза, улыбайся солнцу или темноте, которые за окном, и говори себе: «Сегодня только вперед».

Глава третья

До первой крови

У старых грехов длинные тени.

    Агата Кристи

С ударом по голове было что-то не так. Нет, Корсаков в принципе не был удивлен, потому что с первых же дней пребывания в этом городе втайне ожидал чего-нибудь подобного. Подкараулить человека, приехавшего на дорогой машине, огреть его чем-нибудь тяжелым и, пока жертва в отрубе, вытащить портмоне было очень в стиле пыльного и затхлого городишки, в котором он оказался.

Но вот незадача, как раз кошелек-то остался в целости и сохранности. Это Иван проверил сразу после того, как немного очухался на больничной койке.

И кошелек был на месте, и ключи от машины, и золотая печатка на безымянном пальце левой руки, которую он носил для форса. Вот и получалось, что бить его по голове не имело ни малейшего смысла.

Может быть, причина в покупке порта? Вдруг он что-то упустил и кто-то из рабочих невзлюбил его настолько, что решил убить? Или миноритарный акционер таким образом выразил свое несогласие со сделкой?

Но никто не опротестовывает таким образом покупку, со времени которой минуло три месяца. И за закручивание гаек или даже увольнение так не мстят. Глупости все это. Хотели убить? Так убили бы. А так всего лишь по голове съездили. Не очень-то и сильно, надо признать.