А я люблю военных…

Перед этим я сидела в камере и размышляла. То, в чем меня обвиняли, казалось чепухой, ерундой, на которую не стоит обращать внимания.

«Но если это чепуха, почему я до сих пор в камере сижу? – подумала я. – Более того, полковник ясно дал понять, что ждет от меня признаний. Без признаний не выпустят меня на волю…

Черт! После тех признаний, которые ждет полковник, не видать мне воли, как без зеркала ушей. Добро бы я не знала, кто жахнул из гранатомета – может было бы легче. Но я же ясно видела, что в президента целилась не я, а тот в фуфайке.

Доказательств действительно не было, кроме гранатомета. Но с другой стороны как раз этот гранатомет и был главной уликой против меня: я же его сжимала в руках, а не мужик в фуфайке. Вот если бы они нашли мужика…

Чем больше я размышляла, тем становилось ясней, что никакого мужика они не найдут. Раз сразу не нашли, то и надеяться не на что, тем более, что их слишком уже устраиваю я. Да и чем тут не устроить: из пистолета стрелять умею, в комнате, из которой жахнули, была, гранатомет в руках сжимала…

Правда в комнате был и Валерий.

Впрочем, глупый вопрос. Люба, как мать-героиня, совсем не подходит на роль террористки, да и ее муж как отец-герой на эту роль не подходит. Соседи тоже не подходят, если верить полковнику, он же не врет, нет смысла. Он и сам был бы рад кого-нибудь посолидней подозревать, но некого.

После мысли такой мне сделалось нехорошо.

Что же со мной будет?

Вот упрусь и, если не начнут пытать или бить, буду стоять на своем: не покушалась! Фиг дождутся от меня признаний!

И чего добьюсь? Осудят без моих признаний.

От этой мысли мне стало очень плохо. В таком состоянии я и заснула. Заснула с мыслью решительно свою вину отрицать, а тут этот сон. Как после него не задуматься?

И я задумалась.

«Если буду отрицать, ничего не выиграю. Полковник уже смотрит на меня как на врага народа, а дальше еще сильней ожесточится…

Смотрит как на врага? А кто я ему?

Враг!

И он мне враг в создавшейся ситуации: уж никак не желает мне добра.

А раз он враг, то почему бы мне не воспользоваться его оружием против него же самого? „Если, используя атаку противника, обращаешь ее против него самого – это победа. Тогда меч врага, несший смерть тебе, станет твоим мечом и обрушится на самого противника.“ Очень верно сказано.