Фанера над Парижем

 – Откуда у меня секреты? Ты же меня знаешь, на секреты я не способна. Здесь очень темное дело. Клянусь, со мной случилась беда. Раз у Дани день рождения, значит, по этому поводу я и принарядилась, и к Кольке Косому по этому же поводу отправилась, ну, чтобы стрижку под новое платье соорудить. Кстати, как тебе моя прическа?

– Отвально, – заверила Тамарка.

– А платье?

– Платье фигня.

Я опешила:

– Фигня? Это же Втюхини.

Тамарка посмотрела на платье совсем другими глазами и воскликнула:

– Полный завал! И я такое хочу!

– То-то же, – успокоилась я и продолжила:

– Делать стрижку я зачем-то пошла с Марусей.

Кстати, и Роза там была, у Кольки Косого. Тоже стрижку хвалила.

– Роза уже Даню поздравила и в стельку пьяна от водки, пьянеет бедняга от одного запаха, – вставила Тамарка и, зверея, добавила:

– А на Маруську мне плевать!

– Знаю-знаю, – заверила я, торопливо возвращаясь к прежней теме:

– К Кольке Косому я была записана на одиннадцать часов, значит, от него вышла не раньше двух, и то, если без массажа.

Кстати, который час?

– Уже, Мама, пятый, а я тебя ждала в пятнадцать ноль-ноль. И все ждали. Ты невозможная!

Тамарка снова начала звереть.

– Тома, выглядишь ты потрясающе и похудела килограммов на пять, – поспешно воскликнула я, и она растаяла.

– Мама, твоя стрижка – обалдеть, – мгновенно восхитилась Тамарка. – Но похудела я всего на три килограмма. Утром взвешивалась.

– С тех пор похудела еще, – заверила я ее. – Однако, выходит, не так уж и долго я на карнизе стояла.

Максимум час.

– Вряд ли, Мама, столько и мне не выстоять. Но как ты в тот дом попала? Ладно, в дом, как попала на карниз? Не с крыши же лезла на него, если не врешь, что нет там знакомых.

– Тома, посуди сама, если бы я залезла на карниз из окна чьей-то квартиры, стали бы менты мне вопросы задавать?

– Вряд ли. И куда бы хозяева смотрели? Кстати, в доме нет балконов. Совсем. У какого хозяина сердце не дрогнет, если гость попытается выйти не через дверь, а через окно? Лично я бригаду бы вызвала.

Кстати, как у тебя с «крышей»? В твоих глазах, Мама, присутствует сумасшедший огонь. Клянусь.

И Тамарка совершенно безумным взглядом уставилась в мои глаза. Я разозлилась.

– А что еще в них может присутствовать после пребывания на карнизе? Я абсолютно нормальна. Если не считать насморка, подцепленного там, я совершенно здорова.

Тамарка возразила:

– Но согласись, Мама, это странно, что ты не помнишь, как попала на карниз.