14 инкарнаций Саны Серебряковой

Девушка покинула маленькую захолустную студию, утирая выступающие слезы рукавом. Что теперь делать, куда идти? Что в этой жизни пошло не так и почему? Чего не хватает?

Она вернулась в свою маленькую квартирку на Алппайн-стрит, располагающуюся в старом кирпичном трехэтажном доме. Прокралась на последний этаж по скрипучей лестнице, чтобы не слышала домоправительница.

Оказавшись в квартире, Лаура быстро скидала в чемодан на колесиках все свои немногочисленные пожитки, по крайней мере то, что было наиболее необходимо и ценно.

Кое-что пришлось здесь бросить. Когда отправляешься бомжевать, то глупо брать что-то лишнее.

Лаура оглядела захламленную комнатку, которая была ей домом последний год, потом взяла карандаш и на каком-то обрывке бумаги принялась быстро писать письмо домоправительнице:

«Миссис Флитстоун, я не могу вернуть вам долг за последний месяц, я ухожу. Извините, за причиненные неудобства. Я благодарна вам за ваше терпение, но у меня нет денег. Можете забрать себе все, что я оставила, надеюсь, это хоть как-то возместит вам ущерб, но это все, что я могу…»

На лестнице послышались шаги, Лаура испуганно вскинула голову.

– Лаура, чертовка, это ты?! Я слышала, как сюда кто-то поднимался! Ты не обманешь меня! Когда ты заплатишь арендную плату?! Лаура?!

Хлипкая дверь заходила ходуном от стука так, как будто по ней била не хрупкая рука пожилой крикливой леди, а кулачище портового грузчика. Впрочем, ругаться миссис Флинстоун могла вполне, как он, и, судя по голосу, была близка к этому.

Девушка бросила быстрый взгляд на окно, там находилась пожарная лестница. Последние ступеньки спилены, но она всегда была спортивной девушкой, авось не переломает кости спрыгнув с двухметровой высоты.

– Лаура! Открывай! Ты же там, я знаю! На этом этаже сейчас никто не живет, кроме тебя! Я достаю свой ключ, Лаура!

Лаура чертыхнулась и кинулась к окну, раздумывать больше некогда, а если домоправительница ее поймает, то отвертеться уже не получится.

Она потребует в качестве платы что-нибудь поценнее, чем пара старых платьев, джинсы или кофеварка с микроволновкой. А ноутбук она отдать не могла. Даже если будет нечего есть, ноутбук она не продаст. Это был ее инструмент творчества. Единственная вещь, которая еще может привести ее в тот мир мечты, который она видит во снах.

Окно задребезжало, открываясь, и, кажется, чуткий слух миссис Флинстоун уловил этот звук сквозь тонкую дверь.