14 инкарнаций Саны Серебряковой

За стеклами высились черные обелиски небоскребов центра города. Саша задержался на секунду, вглядываясь в знакомый пейзаж. Серебряные нити мостов железной дороги, струились над землей меж зданий. По ним ползали продолговатые капельки поездов, а по небу плавали дирижабли с видеорекламой на боках.

В Солнечном Городе была осень. Такой могла бы стать Москва, но…

Ее уничтожили.

Саша провел пальцем по стеклу. Мир казался каким-то нереальным, готовым начать расплываться, стоит только отвлечься и посмотреть в сторону.

Сегодня самый обыкновенный день, твердил он себе и сам не знал, почему. Хотя, его подсознание уже уведомили, что к чему, и оно отрубилось, как будто выпив литр валерьянки, поэтому Саше было особенно спокойно.

Прогулочным шагом он дошел до столовой, любуясь ясным осенним деньком через окна в коридорах. Поболтал с толстой поварихой на раздаче, одарил парой шуток хихикающих девчонок, стоящих в очереди, и, попивая сок из трубочки, подсел к приятелю.

– Что это ты такой сегодня умиротворенный? – спросил Толик.

– Да я даже не знаю, – Саша потянулся. – Прямо лег бы и уснул. Высшая математика подействовала.

– Кстати, о математике. Видел новенькую с факультета теоретической математики?

– Что? А должен был?

– Там совершенно удивительная девушка! О ней ходят поразительные слухи!

– Какие, например?

– Да всякие! Она совершенство, гений красоты, парни все так и падают, когда на нее посмотрят. Я сам ощутил этот эффект на себе – полный улет. Она как чертов ангел с небес!

– Да ну?

– Она чудачка.

Говорят, вообще двинутая на всю башку. И имя у нее странное. Ана… Сан…, подожди, сейчас вспомню.

– Сана Серебрякова, – пробормотал Саша, приложившись к соломинке.

Толик уставился на него:

– Что? Так ты ее знаешь? Ну вот, а притворяешься, что не слышал.

– Подожди-ка, а что я только что сказал? – насторожился Саша.

– Ты назвал ее имя.

– Хм… как-то само вырвалось. Может, кто-то рассказывал уже.

Саша потер лоб, и правда, странно, что это он только что выдал? Отпив сок, он постарался выкинуть это из головы и непринужденно спросил:

– И что, никто ее еще не приструнил? Новеньким не положено наглеть.

– Желающих нет. Говорят, те, кто ей не нравятся, просто исчезают.

– Проваливаются сквозь землю? – хмыкнул Саша, не веря ни единому слову.

– Да нет, просто не приходят на пары или пропадают куда-нибудь. Одного парня цементовоз переехал прямо у ворот Академии, говорят – ее рук дело.