Без крыльев

– И что же она сказала? – прозвучал насмешливый голос Филиппа.

Подруги не заметили, когда он вернулся к столу.

– Ну, она выразилась в том смысле, что американки не умеют ни любить, ни дружить, – проговорила не спеша Кейт, явно смягчив слова самой рьяной поклонницы Мэг.

– Наверное, она считает, что мы бросили ее хозяйку в беде, – усмехнулась Элси.

– А разве она не права? Я ведь тоже чуть не поверил, что на свете существует женская дружба. А сейчас смотрю на вас, слушаю – кишка у вас тонка для настоящей-то дружбы, уж простите меня за откровенность.

– Ну, завелся! – попыталась угомонить его Элси.

– Почему же, пусть выскажется, – зло сощурилась на него Дэзи. Она совершенно протрезвела и теперь пребывала в обычной, боевой форме. – Что крамольного в том, что мы называем вещи своими именами?

– Какие вещи, какими именами? Что вы вообще знаете, чтобы осуждать ее? Подруги… – Филипп, глотнув коньяку, откинулся на спинку кресла. – А знаете, я всегда завидовал вашей дружбе, даже злился – не каждый мужик может похвастаться такими отношениями.

Мне Бог не дал друзей, потому что я – эгоист. Ладно… Но что такое дружба, и я понимаю. Это когда весь свет от тебя отвернется, только не друг. Он тебе верит без объяснений, принимает таким, какой ты есть. Прав ли, виноват ли друг, твое дело – вовремя подставить ему свое плечо.

Как ни неприятны были слова Филиппа, возразить было нечем. Слава Богу, они никогда не были упертыми гусынями и умели признавать свои ошибки.

Все почувствовали нечто вроде облегчения.

– А вы предали ее в самый трудный период жизни. Вы, друзья, выступили в роли судей. «Ах, подумайте, она предала высокие чувства», – передразнил он противным тонким голосом Элси. И продолжал говорить, глядя только на нее: – Не нужно быть очень тонким человеком, чтобы понять, Мэген – не из сильных женщин. До сих пор удивляюсь, как она решилась на такой шаг. Среди моих знакомых мужиков лишь немногие отважились связать свою жизнь с любимой женщиной.

Это испытание и сильным личностям не по плечу.

– Да, все мы мечтаем о ней, призываем, молим о ней Господа. А когда Он дает ее нам, прячемся, отказываемся от нее. Почему? – Кейт снова была тиха и печальна.

– Пребывать в такой любви – это… все время жить в свете, на острие ножа! Ни тебе соврать, ни слукавить, – Дэзи говорила, ни на кого не глядя.

– Я вот тоже всю дорогу думала о Дэнни и Мэген, об их любви. О любви вообще.