Хранитель

И она поняла что сделает все что он скажет.

– Джоан. Проводи к отцу, дело срочное, времени нет совсем.

И она взяв его под руку, повела сквозь барьер.

Маркус шел рядом с дочерью друга и удивлялся, когда он видел ее в последний раз то и подумать не мог что маленькая бестия с растрепанными волосами, которая норовила одеться как папа, вырастет в такую красавицу. Ростом примерно метр семьдесят, подтянутая с округлыми формами, просто мечта любого. Медно-рыжие волосы и зеленые глаза сейчас стали очень редко встречаться, из-за редкого сочетания более привлекательно выглядели и их обладательницы, высокие скулы, аккуратный небольшой носик, чувственные губы, все это словно вылепил искусный скульптор.

Медленно открывая дверь в отцовский кабинет, Джоан увидела что отец так и сидит перед камином как она его оставила. Взгляд отца был устремлен в никуда, он не видел вошедшую дочь и мужскую фигуру в дверном проеме.

– Папа – позвала Джо.

Отец вздрогнул.

– Да малышка, прости, задумался и не заметил как ты вернулась. Кто там?

– Тут гость. – неуверенно ответила она и отошла в сторону, чтоб отец смог увидеть кого она привела.

– ТЫ? – удивился хранитель, но тут вспомнил что здесь дочь – Джо солнышко, принеси нам что-нибудь выпить. – Джоан наклонилась к отцу.

– Ты уверен, что мне стоит уходить? – он молча кивнул.

Девушка направилась к выходу. Странный друг отца галантно ее пропустил и закрыл дверь.

– Ну здравствуй Уильям. Не думал что увижу тебя еще раз.

– Что привело тебя в мой дом?

– Я думаю ты знаешь. – улыбнулся Маркус.

– А ты скажи вдруг я ошибаюсь в твоих намерениях. В прошлый раз ты поступил по своему, хотя я тебя просил о другом. – хранитель смотрел на собеседника со смешанным чувством вновь нахлынувшей боли и обиды.

– Я тысячу раз объяснял тебе что не мог тогда поступить иначе. Не мог, понимаешь. Я еще помню что такое честь и достоинство, что такое…

– Ооо, ты все еще играешь в благородство? – с усмешкой произнес хранитель.

– Ты ошибаешься, я не играю, я так живу. И всегда так жил. Я не являюсь порождением вашей цивилизации – Маркус стоял неестественно ровно, его золотые глаза светились янтарным светом – я другой. Род человеческий, превратился в чудовищ, нет в мире больше былой чистоты и благородства. Каждый думает только о себе, о своих чувствах, о своем удобстве. Никому не важно чего хочет другой, главное его эго.