Жизнь моя

На самом деле я рассказала ему не все: мне всегда нравилось петь, я даже хотела стать известной певицей. Но это были детские мечты. Галина частенько насмехалась надо мной, если слышала, как я пою. И поэтому я боялась, что Рома обязательно попросит меня что-то спеть, а потом будет смеяться. Мне нравились музыка и книги, которые не все понимали. Конечно же, друзей у меня не было: кому-то было со мной скучно, а те, которые пытались со мной общаться, были мне неинтересны и раздражали. Я жила с людьми, которые всегда находили повод унизить меня.

И лишь кот Монти был единственным, кто любил меня и мог поднять настроение, которое чаще всего было плохим. И Галина, видимо, за это решила сжить его со свету.

– Нет, так дело не пойдет. Я хочу все знать о тебе. А ты ведь рассказала не все, – заметил Рома, когда я замолчала.

– А может, я не хочу себя напоказ выставлять, обнажаясь перед едва знакомым человеком.

– Но ведь и ты для меня мало знакома. Вот я и хочу, чтобы ты рассказала о себе.

– И что ты хочешь услышать?

– Я же сказал: узнать тебя.

– А если у меня в жизни ничего хорошего не было? Боюсь, тебя утомит моя заунывная исповедь.

– Открою тебе страшный секрет: меня бесит, когда кто-то рассказывает обо всех счастливых моментах, происходящих в его жизни, хотя сам при этом выглядит несчастным, – прошептал он мне на ухо. – Ненавижу ложь.

– Только после этого ты не захочешь иметь со мной никаких дел.

– Напрасно ты так… – произнес Рома с обидой в голосе.

– Ладно, сам напросился, – вздохнула я и продолжила свой рассказ.

Я рассказывала про свои невеселые школьные годы, потом про студенческую жизнь, увлечения, лишь умолчав о том, что люблю петь. Моя исповедь растянулась на целых полтора часа. Рома слушал с неподдельным интересом.

Когда я закончила, он произнес:

– Чудна?я ты какая-то. Не от мира сего. Понятное дело, что все тебя считали белой вороной.

– А ты ничего не хочешь о себе рассказать?

Мой вопрос заставил Романа измениться в лице: в его глазах блеснули скрытая тревога и страх.

Пряча глаза, он заговорил странным голосом:

– А ты сама готова узнать то, что тебя напугает? Тебе сейчас некуда идти. Куда тебе еще деваться… К тому же по тебе видно, что к жизни ты не приспособлена.

– Ладно, раз ты не хочешь ничего о себе рассказывать – не надо. Но я все равно рано или поздно что-то о тебе узнаю. Ты можешь хотя бы сказать, чем занимаешься?

– Выступаю в клубе со своей группой. Кстати, это они сегодня заходили утром.