Весенние мелодии для осенних скрипок. Первая и вторая части романа. Рассказы об иностранцах

Но, фотография была всего лишь кусочком фотобумаги, а мальчик, все так же, смотрел куда-то вдаль и не видел девочку…!

Откинув назад длинную косу, девочка еще раз посмотрела на мальчика, и, поцеловав его изображение, поставила фото возле вазочки с осенними листьями.

Робертино был ее идеал. И, если бы, Лариса и хотела влюбиться в мальчика, то, он, обязательно, должен был быть похож на Робертино! Был один такой, его звали Володя! Но, он жил в другом поселке, рядом с ее тетей. Он был мальчиком из детства.

– О солее мио… – пел нежным голосом итальянский мальчик, и Лариса чувствовала первые волны любви, которые были здесь, рядом, они проникали сквозь нее, и от них становилось приятно и легко. И казалось, что впереди ее ждет что-то, похожее на эти песни!

Лариса, поставила на стол молоко и хлеб. Достала из портфеля книги и тетради и вгляделась в экран телевизора. Там шли новости.

– Экскаваторы, станки, тонны, выполнения и перевыполнения… – опять! – Только и знают, что показывать трудовые достижения! Не интересно! – проворчала она.

 – Почему не покажут эстрадный концерт или какой-нибудь интересный фильм? Жди, когда «Огонек» будет! – с тоской подумала Лариса.

Она обожала песни Бабаджаняна, она готова была слушать и слушать Жана Татляна и Бедроса Киркорова, Ободзинского и Магомаева, но, этой музыки, которой так жаждала душа, было очень мало. Приходилось слушать одну и ту же пластинку, ловить мелодию по «Маяку» и ждать целую неделю вечерний «Огонек», или утренний «Будильник».

Быстро выпив молоко с черным хлебом, девочка отодвинула стакан и посмотрела в дневник.

– По математике не много! Потом сделаю русский, потом немецкий… Сейчас будет моя любимая! – быстро переключилась она от уроков к пластинке и, откинувшись на спинку дивана, стала слушать песенку «Душа и тело», закрыв глаза и, подпевая, мальчику. Кечиде чапузы….

Песня о цветах

Телевизионная вышка Шаболовки, под звуки знакомой мелодии, заканчивала дневную программу.

Экран телевизора, озарился последними кадрами окончившейся передачи по первому каналу. И затрещал, и замелькал бегающими строками.

– Может быть, что-то по второй? – подумала девочка, с надеждой щелкнув круглой ручкой.

Но, по второй шла рябь. Лариса еще раз повернула ручку каналов. Осторожно, стараясь не пропустить наметившиеся проблески изображения.