Я, Катя, Сашка и дочь комбата

Я выбрал себе одну из китайских книг, чтобы, прочитав, понять, знаю я китайский язык или нет. Сашка выбрал себе Александра Дюма, он этого француза просто обожал, уже перечитал все его романы, принялся читать по второму разу.

– Выбрали себе книги, мальчики? И идите уже, вам пора, сержантики, – Катя снова весело засмеялась и почти вытолкала нас из дома. По дороге в отряд мы долго молчали. Сказать нам друг другу с Сашкой было нечего, чувствовали себя ужасно, каждый думал про себя, что такую глупость сморозил. Разве так признаются девушке в любви? А где цветы, ресторан, шампанское, как в романах? А тут два идиота за ее столом и ее едой в любви решили признаться, да еще криком.

Ну и что теперь она подумает про нас? Да, мысли были у нас невеселые. Настроение никакое. Идти в логово не хотелось, и мы с Сашкой, не сговариваясь, пошли в тайгу, чтобы развеять неважнецкие мысли. Лыжи проваливались в снег, через несколько минут мы устали и сели на валежину. И вот тут решили поговорить.

Начал Сашка.

– Как думаешь, кто из нас третий лишний?

– Что же ты об этом у Кати не спросил?

– Да я бы спросил, да ты влез тоже со своей любовью.

– А если я ее люблю?

– И я люблю. И что теперь делать?

– Не знаю.

– Почему она нам не скажет, кто ей больше нравится, я или ты?

– А может, мы ей совсем не нравимся? С чего ты взял, что мы ей нравимся? Может, она ради отца с нами возится и угощает своей стряпней? Ладно, пошли давай, скоро темнеть начнет, а нам еще переодеваться.

В отряд мы пришли затемно и попались на глаза командиру.

Он остановил нас:

– А, друзья – не разлей вода. Что-то вы зачастили в поселок, как я посмотрю. А прятались-то от меня сегодня зачем? Видел, как из-за деревьев выглядывали. К кому ходите-то?

Мы остолбенели, Сашка как открыл рот, так и замер, я закашлялся и пробормотал:

– Так, ни к кому, просто гуляем.

– Ну, смотрите у меня. Будет хоть одна жалоба, в ледник посажу дней на пять.

Ледником у нас называлось место, куда провинившихся погранцов отправляли для отсидки наказания.

Это была неотапливаемая халабуда размером три на три метра. Зимой там точно можно было закоченеть, но в зиму туда еще никто не попадал.

Командир ушел, а у нас настроение совсем испортилось: ну вот, теперь и в поселок не очень-то походишь. А не дай бог, Катерина или Михей расскажут полковнику, кто к ним в гости повадился. Но в следующее наше увольнение мы опять с Сашкой были в доме у Михея. Книги принесли отдать – всё же причина наведаться.