Я, Катя, Сашка и дочь комбата

А каждый из нас про себя подумал: «И почему опять вдвоем нас посылают, и зачем? Почему не одного меня?»

И мы рванули с Сашкой в отряд. И шли быстрым шагом, и бежали рысью, и просто шли, но шесть километров преодолели за полчаса. Собрали чемоданы еще быстрее, сели на кровати и стали думать, зачем нас отправляют из отряда вместе с Катериной в Москву. Но так ничего путного и не смогли придумать. Утром полковник забрал нас и наши личные дела, подвез на своей машине до дома Михея, высадил и на прощанье нам сказал:

– Смотрите у меня!

Вышли Михей с Катериной.

– Ну вот, Михей, вручаю тебе своих орлов. Проводил бы вас до города, да не могу отряд оставить. Теперь ты за них в ответе. В Москве их встретят, не переживай. Вот билеты на самолет, на всех троих. Так что позаботились и об этом.

Мы с Сашкой вытаращили глаза: значит, командир давно знал, что мы ходим к Михею, вернее к Катерине, и давно решил отправить нас в Москву вместе с нею.

Но вот вопрос – зачем? И почему нам так ничего и не сказал, я даже матери не успел написать, что улетаю из отряда в Москву. Сам, наверное, потом родителям нашим скажет. А Сашка мне в ухо прошептал: «Специально отправляет нас из отряда от греха подальше». Я только отмахнулся от него. Я был рад, что мы летим вместе с Катериной в Москву, значит, и там я смогу ее видеть и встречаться с нею.

Но я глубоко ошибался. В Москве нас разлучили сразу по прилету, прямо в аэропорту Катерину забрали одни службы, а нас другие.

Сашка возмутился:

– Мы же охрана для Екатерины!

Ему ответили:

– Без вас охрана найдется, вам в другую сторону.

Так мы с Сашкой в первый же день в Москве, не выходя из аэропорта, проворонили Катю. В машине, пока нас везли к месту новой службы, Сашка всё время шептал мне в ухо:

– Вот что мы теперь Михею скажем?

Мне тоже было и обидно, и слёзы сдавливали горло, что вот так вот сразу меня разлучили с той, в которую я был по уши влюблен.

Учеба в Москве

Поселили нас, похоже, в каком-то спортивном лагере, где тренируют спортсменов. За высоким забором, обнесенным колючей проволокой, было много спортивных площадок. Нам с Сашкой выделили комнату, точь-в-точь как в общежитиях: окно, две тумбочки у кроватей, туалет с ванной, шифоньер один на двоих и два стула у одного стола.