И жили они долго и счастливо

– Лилия Романовна, приветствую! – В голосе Даниила звучала неприкрытая тревога. – Мне сказали, что Аня заболела. Вы можете сказать, в какой больнице она лежит, и номер палаты?

– Простите, я не поняла, кто вы? – растерялась женщина.

– Ах, да… простите, это Даниил, мы же с вами по телефону еще не общались.

– А, рыцарь без страха и упрека, – грустно усмехнулась женщина.

В другое время Даниил как-то отреагировал бы на подобную фразу, но сейчас ему было не до того, и он просто молча ждал ответа на свой вопрос, но женщина молчала.

– Простите, вы можете сказать, где она лежит? – повторил вопрос Даниил.

– Думаю, что если вы узнаете ее диагноз, то исчезнете, как и прежние ее ухажеры, – вдруг резко и обиженно выдала собеседница. – У Ани серьезное заболевание крови, болезнь Верльгофа, тромбоцитопеническая пурпура, у нее было обострение, я думаю, что на нервной почве. Эти концерты до добра не доведут!

– Так вы скажете, где ее искать, или мне придется самому переворачивать все больницы города? – не отставал Даниил.

– Четвертая городская, гематологическое отделение, вторая палата, – выдавила из себя мать Ани, словно информационный автомат.

– Спасибо! – Даниил положил трубку и рванул в больницу.

Когда он вошел в палату, то едва сдержался, чтобы не застонать. Аня, которая и раньше казалась светящейся, сейчас была похожа на призрак. Ее тело почти не отличалось по цвету от белых простыней и подушки на кровати. Ладони с белыми лунками ногтей, бессильно лежали поверх одеяла.

Рядом стояла стойка с системой, подведенная к вене девушки. Большие глаза сейчас казались просто огромными в обрамлении темных кругов глазниц. Даниил был рад, что веки девушки были закрыты, потому что не хотел, чтобы Аня увидела испуг на его лице.

Девушка напоминала подростка из движения «эмо», только те выбеливают лицо белой пудрой и рисуют темные круги вокруг глаз. Здесь же, все это было естественным. Взяв себя в руки, Даниил жестами спросил у соседок по палате, не спит ли больная, и получив отрицательный ответ, тихонько поздоровался.

– Привет!

Аня открыла глаза, и гримаса страдания появилась на ее лице.

– Зачем ты пришел? Ты не должен был видеть меня такой! – прошептала она.

– А ты круто выглядишь! – ободряюще ответил Даниил, – на «эмо» похожа, и грима не надо! Класс!

– Тебе уже дали другого аккомпаниатора?

– Нет, мы тебя ждем, – ответил парень, – я не хочу ни с кем больше петь.