И жили они долго и счастливо

Но мужчина недооценил вредоносную дозу радиации и умер от белокровия, когда ему еще не исполнилось и сорока лет, а его дочери едва «стукнуло» пятнадцать. Он успел порадоваться успехам дочери пока она училась в музыкальной школе, но дальше Анне с матерью пришлось жить без кормильца, и теперь в их доме почти никогда не было слышно смеха. Стоило Анне рассмеяться, как Лилия Романовна вздрагивала и осуждающе смотрела на дочь, будто своей радостью та предает память об отце. И Аня почти разучилась смеяться. Сейчас, вспоминая прошлое, Лилия Романовна сказала:

– А ты ведь всегда была хохотушкой, – женщина грустно взглянула на дочь.

– Тогда все было иначе, – Аня тихо закрыла глаза. – Можно, я посплю? Глаза слипаются, сил нет.

– Да, конечно! – спохватился Даниил, – я посижу тихонько рядышком?

– Нет, идите оба домой. Я теперь до утра буду спать. Мам, пожалуйста, иди домой, поспи. Сейчас уже поздно, скоро автобусы перестанут ходить.

– Я буду спать здесь, – ответила женщина. – А ты иди, Даниил.

Я тебе потом позвоню, когда она проснется. И завтра иди на учебу. Узнай, что там да как. Может быть, мне нужно ноты занести тому, кто вместо Ани будет выступать на концерте?

– Нет, мама! Я буду играть, время еще есть. Я восстановлюсь. – Девушка посмотрела на Даниила. – Пожалуйста, скажи им, что я буду играть на этом концерте. У меня же только два произведения. Я не подведу Иосифа Рудольфовича. Он столько трудился надо мной!

Даниил ушел домой, а вошедшая медсестра предложила Лилии Романовне поспать на свободной кровати, рядом с дочерью.

Парень вышел на улицу и плотнее запахнулся в пуховик. К вечеру температура упала, снег звучно хрустел под ногами. Даниил шел и улыбался. К кому-то любовь приходит весной, но у него первая влюбленность родилась осенью, а надежду на взаимность он получил в предрождественские морозы. И новое, волнующее чувство грело парня лучше всех пуховиков мира.

Он едва успел на последний автобус идущий в сторону дома, но сейчас не расстроился бы, даже если бы пришлось проделать весь путь пешком.

Парень чувствовал себя почти непобедимым и не способным устать. Даниил вошел в дом и, сняв верхнюю одежду, направился в спальню.

– Сын, остановись, – почти приказала Галина, – ты не ужинал.

– Ах да, забыл, – спохватился парень.

– Идем в кухню, – позвала мать – мы все уже поели.

По опыту она знала, что, если сейчас не накормит старшего сына, тот уйдет спать голодным.