Тайна судьбы

Отличалось лишь количество людей, посетивших дом за один вечер. Поэтому скучать не приходилось никому.

Молодые люди общались и готовились к собраниям, Костя нередко приглашал домой тех, кто нуждался в душепопечительских беседах. А гостеприимства и большого сердца Любы хватало на то, чтобы всех людей принимать в своем доме, кормить, поить горячим чаем, согревая тела и души всех, кто попадал под эту крышу.

Летом было проще, ведь можно было общаться во дворе под навесом, где стоял стол со скамейками.

Туда, под навес всегда выставляли запасную газовую плиту с чайником и дополнительным комплектом чайной посуды. Беседа за чашкой чая была непременным атрибутом этого дома.

На летних каникулах уже много лет от общины проводили детский лагерь отдыха в горах. И тогда ущелье, где располагался бывший пионерский лагерь, арендованный общиной, оглашался неутихающими голосами детей и взрослых, слушал пение христианских песен и веселый смех. На память всегда оставались фотографии, добрые впечатления, слова из Библии и христианских песен, которые дети выучили за время отдыха.

Подобный образ жизни приносил свои плоды и церковь, которая насчитывала около пяти пожилых сестер в тот момент, когда Сиверцевых пригласили в опустевший дом молитвы, через несколько лет их труда, насчитывала больше сорока человек взрослых и почти столько же детей и подростков.

Братья, выехавшие из страны, когда открыли границы СССР, сильно переживали за оставленную церковь.

Скоро они увидели, что не ошиблись в том, кого пригласили на место пастора.

И даже теперь, после двадцати лет труда в небольшом городке, когда семья поняла, что они должны уехать, Костя с Любой проявили максимум заботы о своей любимой общине. Они не только оставили себе замену, но даже свой отъезд назначили только после того, как провели Рождественские праздники, ежегодные евангелизационные служения с раздачей подарков к Рождеству, по всему городу, в детских домах, в домах престарелых и в больницах.

Они постарались закончить весь труд, который могли сделать на данный момент.

Костя с Любой знали, что для того, чтобы община привыкла жить без их семьи, потребуется какое-то время, поэтому постарались, чтобы их отъезд был после праздников, в которые многие люди уже ожидали посещения своих семей верующими.

Сиверцевы не уехали бы, если бы не обстоятельства.