После Владимира

Андрей осмотрел птицу, у нее было сломано крыло и вырваны перья из хвоста. Однако он продолжал отбиваться клювом и острыми когтями.

– Ух ты, какой грозный! – Мальчик накинул на птицу ветошь и отнес сокольничему.

– Ничего себе, воин! Это ястреб, смотри глаза еще желтые, молодой. Станет постарше, глаза будут ярче. Вот уж не знаю, можно ли его вылечить? Попробуем. Помогать будешь? – спросил сокольничий.

Мальчишка уже пострадал от ястреба, на руках были раны.

– Главное, глаза береги. Крыло он поломал, видно, из жадности.

На крупную дичь напал, вот и поплатился. А хвост эти изверги вырвали, хорошо, что не все перья.

– Я буду ухаживать, давай поможем, – взмолился мальчишка.

И потянулись долгие дни, недели и месяцы выхаживания строптивого больного. За каждый глоток воды и кусок мяса Андрей получал удар клювом или когтистой лапой.

Даже князь обратил внимание на ранения своего воспитанника. Узнав о его увлечении, приказал дать ему отдельное место в доме сокольничего.

– Учи его, малец этот смышлен.

Я родителям его обещал. – Князь, как всегда, был немногословен.

Когда крыло зажило, Рюрик, так назвали раненого, немного смягчился. Он стал есть из рук Андрея и, самое главное, научился прыгать ему на руку. После этого сокольничий подарил мальчику его первую рукавицу. Это была первая птица Андрея, жил Рюрик долго и был с Андреем неразлучен. Когда он околел, кмет, взрослый уже мужик, плакал. Вместе с этим питомцем ушли все его воспоминания детства, он больше не хотел ничего вспоминать, потому что это делало его слабее.

У него не было тяжелого детства, никто не обижал его, именно поэтому он хотел забыть прошлое, чтобы не хотеть туда вернуться. Нельзя жить прошлым. И он жил, жил настоящим, воспитывал птиц, его терпению дружинники поражались. Ведь чтобы воспитать боевую птицу, нужны время и любовь. Нельзя даже давать другим кормить своих птиц. Когда он уходил в дозор, птицы голодали, но это только подпитывало их взаимную любовь. С ними надо гулять, охотиться, разговаривать каждый день, только тогда ты можешь рассчитывать на красивую, правильную охоту.

– Как они там без меня, кое-кто и околеть может.

Он глубоко вздохнул и заметил, что жеребец почувствовал его настроение и ткнулся мордой в его руку.

– А ты чукавый молодец, ну что, подружились? – спросил у нового друга, тот потряс блестящей гривой.

Однако седлать Ореха не стал, а продолжал с ним разговаривать и поил из ручья.